Автор Екатерина Девятова
Жанр Адаптация
Формат Полнометражный
Дата
E-mail Написать автору

Уже 2000 лет Иуда Искариот не в ладах с самим собой и со всем миром. В загробной жизни ему не дает покоя не только темное прошлое, связанное с предательством Иисуса Христа, но и неразделенная любовь к Марии Магдалине. Небесная канцелярия даёт Иуде шанс обрести свой Рай, отправляя его в опасную командировку на остров грешников, где живет точная копия Магдалины — Мария Залетнова. Чтобы спасти островитян от божественного гнева, Иуда вынужден идти по пути Христа…

По одноименному роману
А. Гайсина и Е. Мельникова
(имею права на экранизацию)

 

Действие происходит: в начале 90-х годов прошлого века/ во времена Иисуса Христа. Местом действия становится то остров Тотэмос — художественно переосмысленное «постсоветское пространство», то древняя Иудея.

1 СЕРИЯ

ИЗ ЗТМ:

НАТ. КЛАДБИЩЕ НОЧЬ

Звук сердечного ритма, шаги по каменистой дороге.
Рослый плечистый субъект в черном костюме – ИУДА. Небритое бледное лицо, ботинки испачканы сырой глиной. Пересекает кладбищенский пейзаж, идет в сторону частного сектора.
НАТ. УЛИЦА ВОДОПРОВОДНАЯ НОЧЬ
Старинный купеческий особняк замыкает грязную улицу.
Иуда идет в сторону особняка. В ближайших дворах лают собаки, тревожно блеют овцы. Петух падает от страха со штакетника.
ИНТ. ОСОБНЯК ГОСТИНАЯ НОЧЬ
Молодая женщина в темном плаще с капюшоном входит в глубокий транс — МАРСАЛЬСКАЯ. Глаза полузакрыты, ярко накрашенные губы нервно подергиваются. Она достигает экстатического напряжения такой силы, что низкий столик сам собой медленно вращается против часовой стрелки.

Гости: Атаман БАБУРА — крепыш в расстегнутом кителе и яловых сапогах; ВАЛЕТ — лысый бородач с кожаной повязкой на глазу, в красной муслиновой рубахе, с серьгой в ухе; КАРАЧЕНЯ — сутулый паренек в косоворотке, волосы до плеч.

Гости смотрят на вычерченный мелком на полу восьмигранник, по углам которого тлеют лампадки. На вершинах отдельно нарисованного треугольника дымятся кадильницы. В медном котелке, установленном в центре восьмигранника, струятся язычки горящего спирта.
НАТ. ОСОБНЯК ДВОР НОЧЬ
Петух шумно шлепает крыльями, пытаясь вспрыгнуть на сонную курицу. Иуда три раза стучит в двери особняка.
ИНТ. ОСОБНЯК ГОСТИНАЯ НОЧЬ
Стук в двери. Гости вздрагивают и переглядываются.
Марсальская облизывает губы, сведенные судорогой усмешки, идет открывать. Порог комнаты переступает Иуда.

ИУДА
(хриплым голосом)
Шалом лакем!

Возглас изумления, смешанного с ужасом. Караченя рвется к двери, чтобы скрыться, но его успевает ухватить за рукав Валет, хотя ошеломлен не менее.

ИУДА
Мир вам, добрые люди.
(кашляет в кулак)

МАРСАЛЬСКАЯ
Вениамин? Кувшинников? Но ведь ты…

МАРСАЛЬСКАЯ в легкой панике отступает.

ИУДА
Я ИУДА из Кериофа. Вы меня вызывали?

Вой собак. Старинные часы, вмонтированные в грудную клетку человеческого скелета, подвешенного к стене, бьют полночь: из окошечка выскальзывает ворона и каркает двенадцать раз.

Бабура подбегает к столу с напитками и закусками, наливает в стакан самогон, залпом выпивает. Крякает, бросает в рот кружок соленого огурца, гладит пальцами усы.

БАБУРА
Шутница ты, Ираида Кондратьевна. Еще Наполеона пригласи для компании…

ИУДА
А кто такой Наполеон?

Валет и Караченя тревожно переглядываются.

БАБУРА
А ты и впрямь из этого… Хериота!

Бабура рыхло трясется от смеха и наливает еще спиртного.

БАБУРА
На вот хряпни-ка лучше. А то совсем отупел с дороги. Будто из могилы вылез.

Иуда усмехается, берет стакан, подносит его к губам и морщится от дрянного запаха.

После первого глотка Иуда по-рыбьи открывает рот и мотает головой.

ИУДА
Это не сикер, а цикута. Нет ли у вас красного вина?

Бабура наливает в чистый стакан из другой бутылки и протягивает Иуде.

БАБУРА
Откуда ж ты, друг любезный? Как звать-величать? Где корешки твои зарыты?

Иуда неспеша пробует вино, одобрительно цокает языком. Уверенно садится в кресло, расстегивает верхнюю пуговицу рубашки.

ИУДА
Я же сказал: я —

ИУДА, сын Симона, из поселка Кериоф-Йарим, что на крайнем юге Иудеи. Был казначеем в общине Егошуа из Эль-Назирага, что в Галилее языческой. Теперь я в очень важной командировке. Заодно и на ваш вызов явился. Итак: зачем я вам понадобился?

Валет резко подается грудью к краю заставленного стола.

ВАЛЕТ
Не валяй дурака, Венька! Мне ли не знать этой родинки на твоей шее и наколки на среднем пальце? В армии нам старшина ее сварганил.
(поднимает палец)
Вспомнил?

Иуда смотрит на татуировку — бледно-синий крест на символической могиле — и хмурится.

ИУДА
Римская виселица? Я бы не позволил. Не понимаю, откуда это. Но точно знаю, что я Иуда из Кериофа. Вернее, был им. Вы меня путаете с кем-то.

ВАЛЕТ
Тебя я ни с кем не спутаю, свидетель Иеговы!

ИУДА
Значит, мы знакомы?

Иуда внимательно осматривает Валета.

МАРСАЛЬСКАЯ
Перестаньте нервировать дорогого гостя! Я все поняла. Перед нами действительно Иуда Искариот, наш собрат и учитель… Разве ты не чуешь, Валет, что это не дух Вениамина, а дух посланника бездны, продолжателя великого дела Каина, Корея и Ахитофеля?!

Марсальская театрально воздевает руки к потолку.

БАБУРА
Ты это о чем, Ираида? Екалэмэнэ!

Бабура опрокидывает в рот стакан самогона.

БАБУРА (ПРОД.)
Ежели о духе, то он и впрямь тяжелый. Покойничком несет, прямо спасу нет.

Бабура соловеет: его голова мотается от плеча к плечу. Он вытаскивает из заднего кармана галифе серебряный портсигар и долго выковыривает из-под тугой поперечной резинки папиросу, она мнется и крошится в непослушных пальцах.

Взгляд Иуды нечаянно падает на внутреннюю сторону крышки портсигара, заклеенную фотографией красивой девушки. Портсигар оказывается в его дрожащих руках.

БАБУРА
Ты чего, екалэмэнэ, пялишься на мою жинку? В чем дело?

ИУДА
Она ваша жена? Но ведь это вылитая Мария из Магдалы, дочь Мичманы, владельца маслобойни… Это точно она!

БАБУРА
Чего-чего? Какая еще Магдала? Это моя Машка, Маруся Залетнова. Она хоть и стерва, но я ее люблю. И не позволю… Ишь, Магдала! Моя Манька родом из деревни Протопоповки, что в тридцати верстах отсюда. И прошу не впутывать ее в ваши иудейские древности.

Бабура, пошатываясь, встает, свирепо смотрит на Иуду и резко ударяет кулаком по столу.

БАБУРА
А может, ты один из ее секретных хахалей? Тогда прощайся с жизнью. Где моя сабля? З-зар-р-ублю!

ВАЛЕТ
Петруха, помоги дяденьке…

Караченя берет Бабуру за плечи, вдет к дивану.

БАБУРА
Ты кто такой? Где я нахожусь? В Магдале? Я пришел целовать красивую скифскую женщину, а ей вдруг захотелось какого-то Хериота. Екалэмэнэ!

Бабура затихает, лежа на диване: от его мощного храпа колыхается язычок свечного огня, по стенам бегают тени.

Иуда жадно выпивает стакан вина и сует неприкаянные руки в карманы пиджака. В правом неожиданно что-то обнаруживает, извлекает находку наружу. Растерянно смотрит на обломок серебряного сикля, потемневшего от времени.

Иуда разглядывает изображение: ветви оливы на одной стороне монеты и половина оттиска кадильницы на другой. Обрывок надписи на древнем иврите.

ТИТР: «святой».

К Иуде подскакивает Валет, выхватывает монету. Осматривает сикль, обнюхивает, пробует на зуб и мрачнеет. Иуда при этом чувствует себя неладно: что-то сжимается в груди. Когда удается отобрать назад монетку, боль пропадает.

ВАЛЕТ
Ты, что не узнаешь свою половинку? Не пудри мозги, Вениамин Михалыч.

ИУДА
Повторяю еще раз: родом я из колена Иудина и к колену Вениамина никакого отношения не имею. Возможно, это совпадение…

МАРСАЛЬСКАЯ
Совершенно верно!

Валет с усмешкой смотрит на Караченю.

ВАЛЕТ
Искариот в облике Вениамина? Даже в страшном сне такое трудно представить!

Караченя с угрюмым видом прихлебывает домашнюю наливку.

ИУДА
(зевает)
А в Эрец-Исраэль, наверно, уже утро…
(закрывает глаза)

ВАЛЕТ
(Карачене)
Ты ему веришь, Зелот?

КАРАЧЕНЯ
Да, это он…

ИУДА.

Караченя цепляется изо всех сил в подлокотники кресла. Его глаза слезятся от натуги.

ИУДА
(открывает глаза)
Зелот? Я не ослышался? Кто тут Зелот?

Голова Карачени трясется, уголки губ обметала пена – он вот-вот упадет с кресла на пол и забьется в корчах.

С верхнего этажа раздается безумный смех, переходящий то в хохот болотной выпи, то в совиное уханье, то в волчье завыванье. Иуда со страхом смотрит на Марсальскую. Марсальская воспринимает звуки с видимым равнодушием.

ВАЛЕТ
А тебе, Марсальская, скучать не приходится.
Караченя с облегчением вздыхает и вытирает пот со лба рукавом косоворотки.

Ворона в часах каркает два раза.
Марсальская встает и хлопает в ладоши.

МАРСАЛЬСКАЯ
Наш дорогой гость устал. Пора всем баиньки.

ИНТ. ОСОБНЯК ЛЕСТНИЦА НОЧЬ

Марсальская ведет Иуду по лестнице на антресоли.

ИНТ. ОСОБНЯК СПАЛЬНЯ НОЧЬ

Иуда и Марсальская входят в чистую комнату.

МАРСАЛЬСКАЯ
А какова цель вашей командировки? Со мной-то можете поделиться?

ИУДА
Утром скажу.

МАРСАЛЬСКАЯ
Думаю, это произойдет раньше…

Марсальская игриво улыбается и выходит из комнаты.

Иуда раздевается до длинных по колени сатиновых трусов и замирает возле трехстворчатого зеркала, разглядывает свое отражение.

Иуда падает на кровать и шепчет в подушку.

ИУДА
Ты прекрасна, Мария, как шатры Кидарские, как завесы Соломоновы, груди твои — холмы иерусалимские, ласки твои слаще вина…

Неожиданно скрипит дверь. В комнату проскальзывает Марсальская в пеньюаре. В руках она держит два бокала.

МАРСАЛЬСКАЯ
Причаститесь, Иуда Симонович. Настоящая амброзия, напиток богов.

ИУДА
У вас, что — много, этих богов?

Иуда берет бокал и осушает крупными глотками. Прежняя сонливость исчезает. Окружающие предметы плавно смещаются к окну и уплывают через открытую форточку в ночь.

Марсальская корчит смешные рожицы, трется лицом о плечо Иуды, одной рукой гладит ему шею и спину, а другой исследует волосатое пространство от горла до паха.

Иуда поощряет действия Марсальской.

Марсальская, продолжая гримасничать, опускается на четвереньки. Азарт перебивает жуткий смех за стеной. Душа Иуды вырывается из тела.

С высоты люстры Иуда наблюдает на смятой постели шевелящиеся тела: Марсальская оседлала его тело. Ее подстегивает вой гепарда за стеной берез на обоях.

Вдруг Марсальская с воплем прогибается в пояснице, запрокидывает лицо и, уронив руки, падает лицом на грудь Иуды. Иуда возвращается в тело, рычит в потолок.

МАРСАЛЬСКАЯ
О, мой мустанг ближневосточный!

ИНТ. ОСОБНЯК СПАЛЬНЯ НОЧЬ — ПОЗЖЕ

Иуда освобождается от объятий Марсальской.

ИУДА
Жена атамана часто бывает в этом доме?

МАРСАЛЬСКАЯ
Сейчас редко. А раньше любила мои спиритические сеансы. Однажды я вот так же вызвала твой дух: ты немного поастралил в треугольнике над кадильницами и что-то ляпнул недовольным тоном. Машка побелела от страха: я, говорит, откуда-то знаю этот голос. Больше не приходила.

ИУДА
Знает мой голос?

МАРСАЛЬСКАЯ
Просто была пьяна. А по пьянке каждый мужчина кажется родным и знакомым.

Марсальская смеется и надавливает пальчиком Иуде на нос.

МАРСАЛЬСКАЯ
Это правда, что ты пожалел драгоценного масла для Иисуса? Дескать, лучше бы продать его, а деньги раздать нищим, чем без толку умащать им пыльные ноги…

ИУДА
Вранье! Во-первых, я никогда не любил нищих. Во-вторых, кто тебе это сказал?

МАРСАЛЬСКАЯ
Святые апостолы. Писание надо читать.

ИУДА
Почитаем на досуге… Залетнова с атаманом давно живет?

МАРСАЛЬСКАЯ
Не очень. Ты что, уже глаз на нее положил? Шустрый ты парень! С Машкой у тебя тоже проблем не будет. Лучше расскажи, как там наверху, в высших сферах? Ты, чай, по правую руку от Князя?

ИУДА
Это кто такой?

МАРСАЛЬСКАЯ
Ну, как же… не скромничай. Тебе ли не знать Хозяина Бездны!

ИУДА
О, люди, люди… Чепуха все это. Все проще, и все сложнее. Я, хозяюшка, человек маленький и в большую небесную политику не вмешиваюсь. Через сорок дней сама кое-что узнаешь…

Марсальская приподнимается на локте.

МАРСАЛЬСКАЯ
Что за сороковины?

ИУДА
Уполномочен заявить, что если вы, жители Тотэмоса, не покаетесь в грехах, то вместе с островом уйдете под воду.

Марсальская спускает с кровати ноги и смотрит на Иуду.

МАРСАЛЬСКАЯ
А ты не перепутал что-нибудь? Хрен у тебя лучше головы работает. Кто тебя к нам подослал? Да еще с крестиком на шее. Тьфу!

ИУДА
Откуда я знаю? Мне велено передать вам эту информацию…

Иуда широко зевает, поднимает с пола трусы и надевает их.

МАРСАЛЬСКАЯ
За какие грехи нам каяться? И перед кем? У нас все для народа и во имя его.

ИУДА
Значит, есть за что. Места у вас гнилые, безводные, хоть вы и находитесь посреди моря. А всякая нечисть это любит.

МАРСАЛЬСКАЯ
Ты на кого работаешь, Иудушка?

Марсальская встает и подходит к Иуде вплотную.

ИУДА
Все мы на общее Небо работаем. Только одни — на первое, а другие — на седьмое. Потом бухгалтерия подбивает бабки.

МАРСАЛЬСКАЯ
Я–то думала, ты слуга Князя. Он бы тебя за такие проповеди…

Иуда берет Марсальскую за плечи и заглядывает в глаза.

ИУДА
Не бабьего ума дело, кто кому служит. Не собирай горящие угли, ибо падут они на твою глупую голову. Поняла?

Марсальская в замешательстве отходит к трюмо. Собирает волосы в пучок, прихватывает их заколкой в форме золотого скорпиона. С прищуром разглядывает себя в зеркале.

МАРСАЛЬСКАЯ
Нешто не дали тебе сверху немного чудодейственной силы? Исцелять, например? Убивать своих врагов на расстоянии?

ИУДА
Я сам не захотел. Надеяться на свои силы интересней. Радоваться солнышку, птицам, женщинам. И все это как впервые, как в последний раз. А жить с небесной нагрузкой – скучно.

Иуда смотрит в окно сквозь узкую щель между гардинами.

НАТ. ОСОБНЯК ДВОР НОЧЬ

Темень захламленного двора прорезает лезвием луч лунного света. По обе стороны двора выхребтили спины два тощих представителя кошачьего племени.

Самец подбегает к самке, вспрыгивает ей на спину, подминает под себя, вцепившись зубами в холку.
Эта парочка истошно визжит.

ИУДА (ВПЗ)
У меня было много конкурентов на эту командировку. Один ваш бывший поэт тоже просился. Кудрявый такой, его, кажется, звали Пушкин, вылитый бедуин из пустыни. Но в итоге никто не пожелал сойти на землю простым смертным и окончательно исчезнуть через сорок дней вместе с островитянами-грешниками. Потому и выбрали меня. Терять мне особенно нечего. А может, решили, что такому быстрее поверят. Ходили слухи, мол, менталитет у меня подходящий.

НАТ. ОСОБНЯК СПАЛЬНЯ НОЧЬ

Иуда оборачивается и замирает: из кулачка Марсальской выскакивает лезвие ножа и утыкается ему в подбородок.

МАРСАЛЬСКАЯ
Слушай меня внимательно, козел продажный. Не вздумай вести эти разговоры с моими пещерниками. У нас тут много осин, и мы с радостью повесим тебя во второй раз. Не перечь, когда я буду всем внушать, что ты — правая рука Князя, явился к нам по моей просьбе, уважив желание его любимой ученицы. Ферштейн?

Иуда плюет Марсальской в глаза и влепляет затрещину. Марсальская отлетает к трюмо и ударяется затылком о тумбочку. Иуда вырывает у нее нож и хлещет по щекам.

ИУДА
Руку на мужчину поднимать? На своего Адама? Дщерь проклятого Содома!

Марсальская обхватывает ноги Иуды кольцом рук.

МАРСАЛЬСКАЯ
Наконец-то! Узнаю Иуду! Бей меня, Иудушка! Лупи, топчи, насилуй! Ну же, родной! Ты наш, наш!

Иуда отталкивает Марсальскую и отворачивается.

ИУДА
Я ничей. Запомни, женщина.

Внизу с грохотом опрокидывается стул. Скрипучие шаги по деревянной лестнице.

БАБУРА (ВПЗ)
Ираида Кондратьевна! Товарищ Марсальская! Ты где? Екалэмэнэ! Хочу вина и любви!

Марсальская стирает с губ кровавую слюнку, вскакивает на ноги, быстро поправляет волосы у зеркала. Обнимает Иуду за шею, прикусывает мочку его уха и тянет носом воздух.

МАРСАЛЬСКАЯ
Я балдею от твоего могильного амбре!

ИНТ. ОСОБНЯК СПАЛЬНЯ УТРО

Иуда просыпается в лучах солнца, пробивающихся сквозь гардины. Улыбается, потягивается, с неохотой встает.
ИНТ. ОСОБНЯК ВЕРАНДА УТРО

Иуда выходит на маленькую веранду.

Марсальская, склонившись над плетеным столиком, разливает чай. Иуда ласкает глазами ее плотно обтянутый халатом зад.

За столиком играют в шахматы Бабура и золотушный семилетний мальчик – ГЕРА. Крупную голову прикрывает широкая панамка. Белая рубашонка, пионерский галстук.

Бабура с похмельным лицом, пытается придать ему достойное выражение.

БАБУРА
Доброе утро. Как спалось?

ИУДА
Отлично. Как и две тысячи лет назад.

Иуда приседает за столик. Марсальская с улыбкой пододвигает к Иуде чашку с чаем.

Бабура вздергивает бровь, смотрит на Геру и побежденно поднимает руки. Вытирает пот верхом казацкой фуражки и смотрит на Иуду.

БАБУРА
А сейчас давайте всерьез познакомимся. Пошутили вчера, и будя. Я вот битый час ломаю голову, каким же транспортом вы добирались до нашего острова? Не на подводной же лодке? Как преодолели блокаду?

МАРСАЛЬСКАЯ
А я-то думала, он шахматами увлечен, играет с Герочкой.

Марсальская беспокойным взглядом напоминает Иуде о своей вчерашней просьбе.

БАБУРА
В натуре, екалэмэнэ! Ведь всякая связь с Центром прервана. Может, спецрейс, какой? Вы, наверно, тележурналист? Из «Новостей»? Приехали снимать наш праздник?

ИУДА
Что за праздник? Случайно, не Пасха?

БАБУРА
Вроде того. Сегодня день рождения Великого Учителя, нашего земляка… Вы в какой партии состоите?

ИУДА
Я беспартийный. А к вам явился по вызову Ираиды Кондратьевны, любимой ученицы Князя. Собираюсь погостить у вас сорок дней и сорок ночей. Потом вместе с вами опущусь на морское дно.

БАБУРА
Не надо играть со мной в такие игры. Я ведь могу потребовать паспорт!

Гера складывает шахматные фигурки в коробку.

ГЕРА
Вы не правы, Бабура… Он действительно тот самый Иуда Симонов, предавший по каноническим Евангелиям Христа. Ему дали задание объявить нам пренеприятнейшее известие: через сорок дней остров Тотэмос скроется под водой, если мы не покаемся в грехах и не примем истинного Бога.

Гера наслаждается общим неловким молчанием. Пальцами перебирает пионерский галстук и щурит глаза.

ГЕРА
Вы, товарищ Искариот, не единственный из апостолов, посетивших наш остров. По преданию, первым был Андрей, брат Кифы или Петра. Согласно легендам, здесь бывали также Иоанн Богослов, прозванный сыном грома, и, проповедавший язычникам, апостол Павел.

БАБУРА
Ты что же, Гера, всю Библию перечитал?

ГЕРА
Я думаю связать свою судьбу с перспективной профессией религиозного деятеля. Но у нас религию совершенно неправильно понимают. Даже Великий Учитель…

МАРСАЛЬСКАЯ
(перебивает)
Он у меня вундеркинд. Сразу в пятый класс приняли. Но и там ему скучно.

БАБУРА
Это правда, насчет острова? Или неудачная шутка?

ИУДА
Там не любят шутить. И обманывают тоже редко. А уж просто так вообще никого и никогда не посылают… Слишком большие расходы!

Иуда ловит томный взгляд заскучавшей Марсальской.

БАБУРА
Не потому ли Машка сбежала? Тоже ведь во сне бредила каким-то потопом.

Иуда с громким стуком ставит чашку на блюдце.

ИУДА
Сбежала? Значит, ее нет на острове?

БАБУРА
Мои хлопцы весь город обшарили… Ладно, я опаздываю. Спасибочки.

Бабура грузно поднимается, надевает фуражку и уходит.

Гера уходит во двор. Иуда смотрит, как шевелятся острые лопатки Геры под рубашкой.

МАРСАЛЬСКАЯ
Неужели ты собираешься агитировать за всеобщее покаяние в этом костюме? Тебя примут за интеллигента-демократа и сразу прибьют.

ИНТ. ОСОБНЯК ГОСТИНАЯ УТРО

Марсальская гримирует Иуде лицо. Из круглого зеркальца на Иуду смотрит пожилой нищий-изгой в цыганской шляпе.

ИНТ. ОСОБНЯК ГОСТИНАЯ УТРО — ПОЗЖЕ

ГАЙСИН – среднего роста с плотной фигурой, в пиджаке и бейсболке, черные кудри. ТИМС – высокий худой мужчина с русыми волосами, в джинсовой куртке. Заходят в особняк, похмельные и запыхавшиеся.

МАРСАЛЬСКАЯ
(смеется)
То вы рано, то вы поздно. Где же ваш репортерский нюх?

ГАЙСИН
Неужто получилось?

Марсальская, жмурясь от удовольствия, потягивается в кресле.

МАРСАЛЬСКАЯ
Да еще как славно…

ТИМС
Такое важное для нас событие прозевали.

Марсальская идет к маленькому сейфу, вытаскивает оттуда портативный магнитофон.

МАРСАЛЬСКАЯ
Только для вас, мальчики. Надеюсь, не забудете упомянуть меня в своем… шедевре?

Марсальская нажимает воспроизведение записи. Гайсин и Тимс жадно прислушиваются. Слышен разговор Иуды и Марсальской в спальне.

ГАЙСИН
З-значит, он яв-вился в-во плоти?!

МАРСАЛЬСКАЯ
А что имеющий уши не слышит? Тогда пускай увидит. Наш гость отправился на митинг. Если хотите найти его, поторопитесь… Пока он еще живой.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ УТРО

Иуда идет по центру города. Проходит мимо угрюмых и помпезных зданий с мощными колоннами и лепными гербами на фронтонах. Останавливается у гигантского памятника Великого Учителя.

ТИТР: ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ.

Митинг в разгаре. Иуда прислушивается к разговорам и приглядывается к людям: плебейские лица с голодными глазами.

С дощатого помоста выступает ПОЭТ — широкоплечий парень.

ПОЭТ
Закончить, товарищи, я бы хотел стихами, направленными против нынешнего руководителя Центра!
Ты был чекист,
Разведчик был и кананит,
Ты Родине на верность присягал! Ты ныне пёс цепной! А охранять посажен — капитал!

Иуда поглубже надвигает на лоб измятую шляпу, продирается, между тесно сомкнутыми плечами, к помосту.

Иуда заходит на помост, к нему стремительно шагает, отделившись от стайки организаторов митинга Бабура, придерживая рукой длинную шашку на портупее.

БАБУРА
Вы из какой организации, товарищ?

ИУДА
(чужим голосом)
Я из общества глухих, слепых, немых, а также бесноватых и прокаженных.

БАБУРА
Короче, фамилия как?

ИУДА
Адам Христов я…

БАБУРА
Это что — псевдоним?

ИУДА
Это по отцу. А по матери я Евин-Эдемский.

БАБУРА
Ты, случаем, не полукровка?

Бабура хмурится и сдавливает ладонью рукоять сабли.

ИУДА
Многокровка я. Многодушная, двенадцатиколенная, из семейства бессмертников. Меня хорошо заваривать крутым кипятком соблазна.

БАБУРА
Шутник ты, я погляжу. Смотри у меня, без фокусов. Чтоб дышала, так сказать, почва…

Гайсин и Тимс подходят к помосту.

Бабура забирает у оратора микрофон и передает Иуде.

БАБУРА
Слово просит товарищ Христов, от общества инвалидов!

Оробевшим взглядом Иуда окидывает толпу, смотрит поверх голов на хмурое небо.

ИУДА
Островитяне! Волею небес я послан к вам, чтобы объявить: близок день гнева Господня! Кто вы на этой земле? Вы неблагодарные гости, возомнившие себя хозяевами во владениях своего господина. Вы — наглые рабы в его винограднике… Убиваете господских сыновей, поклоняетесь мертвым идолам. Покайтесь! Ибо через сорок дней ваш Тотэмос погрузится в пучину морскую…

Бабура подскакивает к Иуде с перекошенным лицом и вырывает из рук микрофон.

БАБУРА
Спокойно, товарищи! Это Иуда Искариот. Не верьте ему! Один раз этот ублюдок уже обманул Христа…

Сквозь рев толпы прорываются злобные выкрики.

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 1
Долой провокатора из Центра!

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 2
Бей сионистского прихвостня!

Десятки рук тянутся к ногам Иуды. Бабура сталкивает Иуду с помоста, и тот летит в жадные объятия толпы.

Резкий прерывистый свисток постового.

ИНТ. АВТОЗАК УТРО
Иуда приходит в себя от тряски, смотрит в решетчатое оконце. Рядом цыкает зубом, высасывая остатки пищи, усатый ЛЕЙТЕНАНТ.

НАТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК АВТОЗАК УТРО
Автозак останавливается. Лейтенант и щеголеватый СЕРЖАНТ ведут помятого Иуду в серое здание с четырехгранными колоннами.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК КАМЕРА УТРО
Лейтенант обыскивает Иуду, вынимает из кармана нож Марсальской, вталкивает Иуду в камеру. Сержант запирает решетку камеры, уходит вслед с Лейтенантом. Иуда садится на кушетку и прислоняется больным затылком к стене. Из разбитого носа текут, попадая в рот, струйки крови.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК УМЫВАЛЬНИК УТРО
Сержант подводит Иуду к умывальнику. Он смывает грим и вытирается, на казенном полотенце остаются жирные разводы.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК КОРИДОР УТРО
Тесный, по-вечернему освещенный коридор с двумя рядами стульев вдоль стен. Иуда следует за Сержантом.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК КАБИНЕТ СЛЕДОВАТЕЛЯ УТРО
Половину комнаты занимает массивный дубовый стол. В простенке между окнами висит портрет Великого Учителя.

Вдоль стола, заложив руки за спину, вышагивает худой сутулый мужчина с облетевшей головой, в круглых очках.

СЛЕДОВАТЕЛЬ по особо важным делам – Гавриил Павлович Джигурда.

Следователь садится в кресло и взглядом окидывает Иуду. Пытается справиться со сложными чувствами, среди которых выделяется испуг, дергает узелок черного галстука.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не кажется ли вам, что мы уже знакомы?

ИУДА
Нет, не кажется. Впервые вижу вас на этой земле.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Тогда кто вы? Откуда и зачем? Желаю услышать чистосердечные признания.

ИУДА
За чистоту сердца не ручаюсь: оно не мое.

Иуда пытается улыбнуться распухшими губами.

ИУДА (ПРОД.)
А так я — Иуда, сын Симона из поселка Кериоф-Йарим. Служил у Христа, а потом взял да и повесился. Теперь вот, нахожусь в последней командировке. Через сорок дней, если небесная инструкция не изменится, погибну вместе с вами. И уж это навсегда. Вот и все…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Значит, у вас такое же задание, как у Ионы, сына Амафиина, который пытался скрыться от Бога в китовой пасти?

ИУДА
Почти. Только я не знаю, кто меня призвал и от кого мне прятаться.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не хотите своих выдавать?

ИУДА
Своими я еще не обзавелся.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Получается, вы вроде небесного зомби? Запрограммированный свыше? Или ниже? Например, в Центре?
(подмигивает)
Перед свиданием с вами мне пришлось ещё раз заглянуть в Библию.

ИУДА
Я понимаю так, что на меня уже поступил донос в ваш Синедрион?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не донос, а гражданская бдительность. Ночью мне звонил домой некий юноша.

Следователь выдерживает паузу и впивается в Иуду взглядом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Имя Вениамина Кувшинникова ни о чем вам не говорит?

ИУДА
Нет. Но меня уже принимали за этого человека. Неужели между нами такое сходство? Взглянуть на него можно?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Разумеется!

Следователь извлекает из папки фотографию ВЕНИАМИНА.
Иуда сразу узнает свое нынешнее лицо.

ИУДА
А кто он такой? И какое мне до него дело?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Самое прямое…

Следователь снимает очки и энергично протирает глазные впадины кулаками.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (ПРОД.)
Кувшинников был надзирателем областной сектантской организации «Свидетели Иеговы». Несколько дней назад его убили. Ножом под левую лопатку.

Иуда горбится от неприятной догадки.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (ПРОД.)
Нож преступник почему-то оставил в теле. На его рукоятке были вырезаны три шестерки. Есть такой знак и на лезвии. Надеюсь, вы в курсе, что он означает?

ИУДА
С чего вы взяли? Я не очень силен в математике, хотя и был казначеем.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Ах, да! Совсем забыл, что, будучи к тому времени в преисподней, вы не могли читать Апокалипсис или Откровение святого Иоанна…

ИУДА
Это какого Иоанна? Брата Иакова, сына Зеведея, богатого лодочника и проныру?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вы хорошо подготовились.

ИУДА
Неужели этот говорун и выскочка стал святым? Откровение свое сочинил? Ну и как, интересно?

Следователь проверяет стекла очков на чистоту в луче света.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Впечатляет. А теперь прошу без всякой Библии ответить: где вы были восемнадцатого числа текущего месяца и года, с шести до девяти часов вечера?

ИУДА
Где я был?… В невесомости болтался. Где же еще? Во всяком случае, меня в этом теле еще не было.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Допустим. Тогда откуда у вас этот нож? Мы нашли его при обыске.

Следователь вытаскивает из ящика стола рукоятку, изображающую змея с раздвоенным хвостом, нажимает на кнопку, выхлестывается лезвие. На лезвии выжженны три шестерки.

ИУДА
Одолжил у Ираиды Марсальской. Что же все-таки эти шестерки означают?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Число зверя, который выходит из земли с двумя рогами, обольщает живущих и убивает всякого, кто не поклоняется его образу. Каково?

ИУДА
Узнаю стиль сына Грома. Егошуа часто укорял его за детские фантазии. Но журил как-то ласково…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Кто этот Егошуа? Судя по всему, Иисус Христос?

ИУДА
Он самый. Наш древний язык весьма сложный. Правильней, конечно, произносить: Иешуа, или Иегошуа. А я вот так привык.

Следователь подсовывает Иуде фотографию Валета.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А с этим человеком вы не знакомы?

ИУДА
Но ведь вы уже спрашивали о нем!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это Яков, младший брат Вениамина Кувшинникова. Пропал без вести. Недавно мы нашли в лесу обезображенный труп. При нем был паспорт на имя этого Якова. Думаю, грубая инсценировка. Но, согласитесь, что на вас он тоже поразительно похож.

ИУДА
Мало ли… На меня половина человечества похожа. Только все стесняются признаться в этом.
(смотрит на фото)
Сдается мне, что где-то я его видел. Но где?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Постарайтесь вспомнить. На улице? В толпе на митинге? У Марсальской в квартире? Это очень важно.

ИУДА
Если вспомню, скажу. Еще ведь суток не прошло, как я очутился на острове.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Согласитесь: трудно поверить в вашу легенду.

ИУДА
Ну, а в то, что Христос был на земле, тоже трудно? Тоже легенда? Нет, начальник, поверить-то все равно придется. Подыхать вместе с вами я не собираюсь. Так что, в ваших интересах помогать мне.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
В чем помогать? Выпутаться из этой истории?

ИУДА
История для вас может вообще закончиться…

Иуда смотрит на лезвие ножа, лежащее так близко. Переводит взгляд на оконную решетку и снова на Следователя.

ИУДА
Жена атамана Бабуры, Мария Залетнова, еще не нашлась?

Следователь закрывает нож, бросает в ящик стола.

Откидывается на спинку кресла.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А вам это зачем знать?

ИУДА
Дело в том, что она очень похожа на Марию из Магдалы, которую я когда-то любил…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
На Магдалину? Не слишком ли много совпадений? Того, что вы мне сейчас наговорили, достаточно, чтобы вами занялись наши врачи-психиатры.

Следователь нажимает на кнопку вызова, вмонтированную в стол. В кабинет заходит Сержант с большой серебристой тарелкой, накрытой салфеткой. Ставит тарелку перед Иудой, сдергивает салфетку жестом заправского официанта.

В ноздри Иуды ударяет запашистая волна от жареной картошки и мяса. На краю тарелки лежит зелень — к ней Иуда тянется в первую очередь: нежно гладит, нюхает и пробует на зубок.

ИУДА
Это мне? Спасибо, добрый человек. Бывало, я эти горькие травы смачивал во фруктовом взваре с вином и поглощал вместе с пасхальным барашком. Кстати, что это за мясо? Никак не пойму.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Ешьте-ешьте!
(ерзает в кресле)
Это отличная свининка. Вы ее с минеральной водичкой. Пивка, жалко, нет…

ИУДА
Свинина?

Иуда слегка отшатывается и откладывает вилку.

ИУДА
Я ее и через пять тысяч лет не стану есть. Спасибо.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Но почему? Такое сочное молодое мясо. Только что из столовой. Свой обед вам отдаю!

ИУДА
Извини, начальник. Но так меня воспитали. Ибо так заповедал Моисею Господь в пустыне. А значит, и всем сыновьям Израилевым. Вот когда у меня отнимут память, тогда…

Следователь вздыхает и скомкано крестится. Звонит телефон. Следователь смотрит на аппарат с пугливым изумлением. Осторожно берет трубку, лицо его принимает выражение унылой собачьей покорности.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Да… Конечно. Скоро будем.

Следователь с отвращением бросает трубку на рычажок. Выходит из кабинета и быстро возвращается, чем-то утешенный.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Что ж, оставайтесь голодным, господин Искариот. Пойдемте. Нас ждут.

Следователь скрывается за дверью, Иуда следует за ним.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК КОРИДОР УТРО
Под выцветшим плакатом сидят две молодые женщины с напряженно застывшими лицами. Та, что помощней, с золотыми зубами, серьгами и кольцами – ЛЮБОВНИЦА ВАЛЕТ. Более мягкая заплаканная блондинка – КСЕНИЯ Кувшинникова.

Иуда скользит по женщинам равнодушным взглядом. Женщины сидят так, словно только что проглотили отраву. Вместе со Следователем не спускают с Иуды удивленно расширенных глаз.

Иуда делает еще несколько шагов, слышит за спиной грохот отлетающих стульев и радостно-изумленные вскрики.

КСЕНИЯ
Венечка!

ЛЮБОВНИЦА ВАЛЕТА
Яша!

Плачущие женщины виснут на Иуде, глушат счастливыми воплями и поцелуями, каждая норовит оттащить его на себя. Любовница Валета отпихивает Ксению к стене, показывает той мощный кулак.

ЛЮБОВНИЦА ВАЛЕТА
Ты чего на моего мужика рот раззявила?! Очумела?! Ведь только намедни схоронили твоего баптиста. Думаешь, он воскрес, как Лазарь? Не надейся. Это мой Яша — разве не видно по глазам?
(Иуде)
Ведь так, Яшенька? Скажи этой дуре, чтоб отстала. Ну, погулял маленько, пошкодничал, с кем не бывает…

Ксения падает на колени, вытягивает молитвенно руки и ползет к ногам Иуды по полу.

КСЕНИЯ
Нет, это мой Вениамин! Это он! У твоего Якова не было родинки на шее. Наш Господь, Иегова, совершил великое чудо, слава ему. Что же ты молчишь, Венечка? Муж ты мой дорогой и брат во Христе, ведь это ж я, твоя Ксения, верная тебе до гроба!

Ошеломленный Иуда жалко и вопросительно смотрит на Следователя. Следователь делает знак рукой. Сержант и Лейтенант выскакивают из глубокой ниши в стенке и успокаивают разгоряченных женщин.

Следователь хватает Иуду за локоть и с силой тащит за собой.

НАТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ УТРО
Следователь вталкивает Иуду в салон автомобиля, садится сам.

ИНТ. МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ УТРО
Нервно смеясь, Следователь откидывается на спинку сиденья.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Думал поймать вас на свинине и на святых чувствах. Но расколоть не удалось. Или вы на самом деле тот, за кого себя выдаете или… Гениальный актер-авантюрист.

ИУДА
Я уже и сам не знаю, кто я такой.

Машина трогается. Иуда с интересом поглядывает в окно.

ИУДА
А к этой Ксении… у меня что-то шевельнулось.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вы хотите убедить меня, что ваше тело — не ваше?

ИУДА
Мое было потяжелей. Да и шерсти побольше… Но вы не ответили мне: что с Марией Залетновой? Бабура к вам обращался за помощью?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Сегодня утром звякнул. Отметился. В связи с вашим появлением. А Машу я видел в последний раз на другое утро после убийства Вениамина Кувшинникова. Она пришла ко мне домой, чтобы поплакаться…

Иуда с неприязнью смотрит на плешивую голову Следователя.

ИУДА
У вас такие… отношения?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Она моя двоюродная сестра!

НАТ. ГОСТИНИЦА МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ ДЕНЬ

Машина тормозит возле громоздкого здания с лепными украшениями, расположенного в глубине ухоженного сада, окруженного металлической оградой.

ИНТ. ГОСТИНИЦА ХОЛЛ ДЕНЬ

Следователь с ершистым видом показывает администратору удостоверение. В центре вестибюля матерая пальма в широкой деревянной кадушке. Иуда подходит к пальме, гладит кору ствола, трогает листья и улыбается.

ИНТ. ГОСТИНИЦА КОРИДОР ДЕНЬ

Следователь с Иудой проходят по сверкающему зеркалами коридору и заходят в один из номеров.

ИНТ. ГОСТИНИЦА НОМЕР ФЕРАПОНТОВА ДЕНЬ

Иуду со Следователем встречает высокий грузноватый мужчина – губернатор ФЕРАПОНТОВ Тимур Иванович. На нем плотно пригнанный песочного цвета френч, бежевые брюки и лакированные узконосые туфли.

Ферапонтов с шумом опускается в глубокое кожаное кресло под застекленным портретом Великого Учителя. Следователь с Иудой скромно приседают на пестрый диван.

Ферапонтов из-под припухших век бесцеремонно изучает Иуду.

ФЕРАПОНТОВ
Надо же: еще один брат Кувшинниковых! Старая задачка, но уже с тремя неизвестными…

Ферапонтов вопросительно смотрит на Следователя.

ФЕРАПОНТОВ
Ну и чего ты из него вытянул?

Следователь резко поднимает вверх плечи и резко опускает их.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Случай, Тимур Иванович, беспрецедентный…

ФЕРАПОНТОВ
То есть? Таких случаев быть не может и не должно!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Мой разум, конечно, отвечает… Но профессиональная интуиция смущает… Я начинаю верить…

ФЕРАПОНТОВ
…что он сумасшедший?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Я бы так не сказал.

Следователь, кисло морщась, почесывает мизинцем кончик носа.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (ПРОД.)
Хотя мне и очень хочется, чтобы это было так…

ФЕРАПОНТОВ
Что же тебе мешает сделать, чтобы это было так? Ты меня удивляешь в последнее время, Гавриил. Что с тобой? Где прежние сметка и хватка?

Следователь смотрит на Ферапонтова с испугом и ненавистью.

ФЕРАПОНТОВ
(Иуде)
Где твой паспорт?!

ИУДА
Нет у меня никаких документов. Я нынче гражданин мира.

ФЕРАПОНТОВ
А кем же ты раньше был, сучий сын?

ИУДА
Дитя Эрец-Исраэль. Бедный Иуда из местечка Кериоф-Йарим. Был кормильцем общины Егошуа из Эль-Назирага.

ФЕРАПОНТОВ
Да что ты говоришь! Как интересно! И зачем же ты, кериофская морда, предал Галилеянина за тридцать баксов?

ИУДА
Брехня это…

ФЕРАПОНТОВ
Дураку понятно, что брехня. Зачем тратиться на тебя, если доказать виновность Иисуса, а тем более схватить его было пустяковым делом для Синедриона и прокураторской охранки? Но какова месть товарищей апостолов! За что же они тебя так невзлюбили?

ИУДА
Может, и было за что… Значит, вы верите мне?

ФЕРАПОНТОВ
Ты меня за дурака принимаешь?

Ферапонтов вскакивает и крупными шагами строчит по комнате, язвительно вскидывая к верху руки.

ФЕРАПОНТОВ
Покайтесь! Не молитесь мертвым идолам! Ах — ах! Да это же типичное словоблудие провокаторов из Центра. Теперь они решили разыграть дешевый спектакль с пришествием Иуды Искариота. Дескать, другого посланника вы не достойны. Дай-ка мне, Гавриил, тот серебряный огрызок!

Следователь вздрагивает, выходя из минутной заторможенности, протягивает Ферапонтову полсикля.

Ферапонтов с пренебрежительной миной вертит полсикля в пальцах, подкидывает на ладони и ловит. Иуда при этом чувствует себя неладно: что-то сжимается в груди.

ФЕРАПОНТОВ
Мало того, что эти господа из федеральной службы контрразведки применили старый трюк, они еще и бездарно испортили драгоценный экземпляр, мечту каждого нумизмата. Встань, придурок!

Ферапонтов вплотную приближается к Иуде, смотрит в глаза.

ФЕРАПОНТОВ
С кем ты должен встретиться на нашем острове? Где и когда? Кто твой сообщник? У кого вторая половинка?

ИУДА
Клянусь, не знаю. Ведь я уже говорил это гражданину следователю.

ФЕРАПОНТОВ
Разве тебя не учили: никогда не клянись?

ИУДА
Учили. Но это не моя монета. Мне ее подсунули…

ФЕРАПОНТОВ
Кто? Первосвященники из Центра?

ИУДА
(разводит руками)
Если б я знал.

Ферапонтов свистит. В дверном проеме смежной комнаты возникает квадратная фигура телохранителя КОЛЯНИ.

ФЕРАПОНТОВ
Видишь этого доброго молодца? Его зовут Коляня. Сейчас он изнасилует тебя, а потом нежно задушит. Я же объявлю восставшему народу, что казнен его заклятый враг, агент Тель-Авива и господина Президента. Твоя кровь надолго скрепит нас: меня и островитян.

ИУДА
Это не моя кровь. Я ее на время одолжил.

ФЕРАПОНТОВ
Ты мне лапшу на уши не вешай. Кто еще состоит в твоей диверсионной группе?

Ферапонтов опускается в кресло, делает знак рукой Коляне.

ИУДА
Никто. Я один, как перст. Без всякой помощи сверху и снизу.

Коляня делает несколько шажков в сторону Иуды, вскрикивает и стремительно выбрасывает вперед ногу, целясь Иуде в лицо. Иуда отлетает к серванту, свалив две пустые бутылки из-под шампанского.

Следователь вскакивает с дивана и сдергивает с носа очки.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это противозаконно, Тимур Иванович!

ФЕРАПОНТОВ
Чего?! Законник выискался. Кто не с нами, тот против нас. Вот и весь закон…

Иуда медленно поднимается с пола, тыльной стороной ладони вытирает кровь с разбитых губ.

ФЕРАПОНТОВ
Где окопалось ваше масонское гнездо? Только не говори, что на небе…

ИУДА
Спросите лучше у Марсальской. Может, она знает?

Ферапонтов вскакивает с кресла, хватает Иуду за грудки и с силой встряхивает.

ФЕРАПОНТОВ
При чем тут Ираида Кондратьевна? Говори, змей!

ИУДА
А кто мой дух без конца вызывал? Вот в Инферно и подумали, что я буду пользоваться популярностью у вас на острове. И дали мне спецзадание… Будь оно неладно.

ФЕРАПОНТОВ
Что за спецзадание?

ИУДА
Ну, это… Насчет сорока дней.

Ферапонтов презрительно отталкивает Иуду от себя.

ФЕРАПОНТОВ
Все хотят погубить наш остров истинной Свободы. У всех он, как кость в горле. Но Тотэмос не свернет со своей дороги, будет идти своим путем, как заповедал Великий Учитель. Так и передай в шифровке наверх.

Ферапонтов озабоченно смотрит на свои командирские часы.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Твое счастье, что сегодня у нас праздник. А по традиции в этот день мы никого не казним и даже убийцам дарим свободу. Катись ко всем чертям. И больше на глаза мне не попадайся.

НАТ. УЛИЦЫ ГОРОДА МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ ДЕНЬ
Машина останавливается. Следователь и Иуда выходят из машины, идут пешком по улице со старинными деревянными домами.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ МЕМОРИАЛЬНЫЙ ДОМИК ДЕНЬ
Следователь на ходу показывает Иуде Дом-музей, где родился Великий Учитель.

ДЖИГУРДА
Здесь прошли обычные детство и юность Великого Учителя, и теперь все вынуждены дышать его якобы рассеянным в местном воздухе дыханием, а так же думать его думами и ненавидеть его ненавистью — а это, согласитесь, не каждому под силу.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ МАВЗОЛЕЙ ДЕНЬ
Иуда и Следователь идут в сторону мавзолея. Доступ к телу уже прекращен. Огромная очередь, извивающаяся по площади, шумно выражает недовольство. Гайсин и Тимс замечают Иуду и Следователя.

Следователь предъявляет удостоверение. Перед ним раздвигаются пуленепробиваемые двери в неглубокое подземелье, залитое фосфоресцирующим светом. Следователь заходит в Мавзолей. Иуда идет за Следователем.

Гайсин и Тимс предъявляют журналистские удостоверения, заходят в Мавзолей.

ИНТ. МАВЗОЛЕЙ ДЕНЬ
По сторонам неподвижно стоят солдаты с оружием наперевес. Они следят за каждым движением Следователя и Иуды. Гайсин и Тимс внимательно наблюдают за Иудой и перешептываются.

Свет постепенно сгущается. Иуда подходит к стоящему на подиуме прозрачному саркофагу, где лежит ВЕЛИКИЙ УЧИТЕЛЬ.

Короткая шея, голый череп обтянут кожей в пигментных пятнах, клинышек рыжеватой бородки, оттопыренная верхняя губа с усами, мощный лоб. Левый глаз приоткрывается и подмигивает. Никто кроме Иуды этого не замечает.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ДЕНЬ
Следователь и Иуда выходят из Мавзолея. Площадь бурлит. Играет оркестр. Раздаются песни о родном острове Свободы, о героической борьбе и о крови, пролитой за него.

У некоторых из митингующих на груди пламенеют лоскутки шелковой материи, собранные в форме цветов. Все нарядные, по-детски счастливые и поздравляют друг друга.

Иуду поздравляют с праздником старушки в красных платочках, с гвоздиками в руках, суют ему в карман денежку с профилем Великого Учителя. Иуда смеется.

Внимание Иуды привлекает лохматый СТАРИК. Он кружит по площади, разбрасывая по каменным плитам цветы, бормочет проклятия и потрясает кулаками перед Мавзолеем. Ложится плашмя и прикладывает к камням то одно, то другое ухо.

СТАРИК
Потерпите, братья и сестры, теперь уже скоро…

Двое дружинников с красными повязками на рукавах поднимают Старика с каменных плит и ведут к патрульной машине.

СТАРИК
Пройдет сорок дней, и всякий остров убежит, и гор не станет, и будет снята пятая печать!

Следователь смотрит на смущенного Иуду с улыбкой.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А вы клялись, что один на острове, без всякой помощи. Теперь от прорицателей отбоя не будет.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ТРИБУНА ДЕНЬ
На обитую кумачом трибуну возле огромного административного здания с колоннами поднимаются начальники города и острова.

Выделяется Ферапонтов, простой и улыбчивый, с матерчатым цветком в петлице и клетчатой фуражке-восьмиклинке.

ФЕРАПОНТОВ
Здравствуйте, товарищи. Сегодня мы отмечаем 122 годовщину со дня рождения Великого Учителя, нашего славного земляка! Политического и государственного деятеля мирового масштаба.

Жизнерадостный рев толпы.

ФЕРАПОНТОВ
Великий Учитель — гений всех времён и народов. Творец истории! Жертвенный борец за светлое будущее человечества!

Жизнерадостный рев толпы.

ФЕРАПОНТОВ
Дело Великого Учителя бессмертно. Да и сам он — «живее всех живых»! Ура, товарищи!

Жизнерадостный рев толпы.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР
Духовой оркестр играет что-то бодрое и родное. Вдоль трибуны двигаются колонны физкультурников с портретом Великого Учителя.

Идут военные со стрелковым оружием. Солдаты с усердием колотят подошвами кованых сапог по выщербленным камням.

Одному из солдат чудятся сквозь звуки марша глухие вскрики под булыжниками. Он пугается, сбивается с ноги, в спину ему утыкаются задние, опрокидывают и топчут.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ТРИБУНА ВЕЧЕР
Старому генералу становится плохо, он бледнеет, кладет руку на область сердца.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР
Тарахтит военная техника. На длинной платформе на колесах, прицепленной к армейскому тягачу, стоит такой же длины железная клетка, а сквозь толстые прутья решетки добродушно пялится на зрителей лупоглазая рептилия — ТИТ.

Толпа замирает в ужасе. Слышится детский плач.
В клетке на хвосте Тита сидит горбоносый человек средних лет, с бледным лицом и деревянной улыбкой на губах — дрожащей рукой он приветствует островитян.

ИУДА
Кто это?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это якобы профессор Геймер со своим Титом. Между прочим, в колбе его сотворил. Фантастика!

ИУДА
А почему «якобы»?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Потому что это не настоящий Роберт Геймер.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ТРИБУНА ВЕЧЕР
Ферапонтов кричит с трибуны.

ФЕРАПОНТОВ
Слава ученым Тотэмоса, самому передовому авангарду всемирного разума! Ура, товарищи!

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР
Иуда зажмуривается и приседает от громкого рева Тита. А когда снова открывает глаза и смотрит на Тита, тот персонально ему подмигивает.

Из заросшего сиренью скверика выезжает всадник на белой лошади, с луком за спиной. На его голове серебрился венец — это сама Победа величественно гарцует по площади, кланяется кумачовой трибуне и скрывается в переулке.

Выезжает Бабура на рыжем жеребце, в островерхой шапке с матерчатой звездой и в солдатской гимнастерке — ему неистово хлопают и кричат. Бабура на скаку свешивается с седла почти до земли и подхватывает с низких козел меч.

Бабура с удалым свистом скачет на соломенные чучела банкиров, попов и купцов, царских генералов и нынешних представителей центральной власти. Сносит им на всем скаку пустые головы под барабанную дробь и восторженные крики.

Появляется всадник на вороном коне. В левой руке он держит картонные весы с гирями, а в правой — золотистый муляж снопа пшеницы, перевязанный бордовой лентой с надписью: «Тебе, Родина, — от острова свободы».

Двигается грузовая машина с опущенными бортами кузова. Среди восковых караваев хлеба, тыкв и арбузов стоит голенастая девочка с розовыми бантами и выпускает из клеток белых голубей.

Внезапно падают сумерки. Молния оставляет в небе бледный силуэт коня. Появляется и фигура всадника, покрытого с головы до ног серым саваном. Конь и всадник медленно плывут над площадью.

Проплывая над трибуной, всадник сбрасывает с головы покрывало, оно превращается в развевающийся плащ.

Опешившая толпа издает вздох ужаса: на коне восседает призрак в образе человеческого скелета и сжимает в костяной лапе длинный прозрачный меч.

Видение растворяется над силуэтами дальних гор. Мгновенно светлеет небо, сквозь легкую дымку проступает вечернее солнце. Происшествие кажется большинству островитян отличным трюком. Гайсин и Тимс хлопают в ладоши.

ГАЙСИН
Браво! Браво!

ТИМС
Браво! Браво!

Следователь с испугом смотрит на мрачного Иуду.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ТРИБУНА ВЕЧЕР
РЕЖИССЕР энергично жестикулирует руками перед лицом сердитого и немного подавленного Ферапонтова, тыча время от времени пальцем в небо.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР
Цирковой туш. Из сада выбегает тигр, на котором восседает Марсальская — она размахивает алым стягом с белым профилем Великого Учителя. За ней следует дрессировщик.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ТРИБУНА ВЕЧЕР
Ферапонтов прощающе хлопает Режиссера по плечу.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР
Верхом на тигре Марсальская объезжает площадь и возвращает тигра дрессировщику. К Марсальской подбегает Бабура, накидывает на плечи плащ и уводит в сторону трибун.

НАТ. ПЛОЩАДЬ ВОССТАНИЯ ВЕЧЕР — ПОЗЖЕ
На площади установлена дубовая плаха и несколько металлических жаровен с пылающими углями. Прикатывают бочку вина. Притаскивают двух барашков со связанными ногами. Широколицый рябой мужик перерезает барашкам горла.

Коляня и еще шесть крепких парней в малиновых косоворотках и черных шароварах подставляют деревянные кружки под струи крови, осушают их с жадностью, громко крякают и размазывают кровь по лицу.

Из первого ряда зрителей выскакивает Марсальская. Она наполняет кровью фарфоровую чашку, отпивает глоток и опять растворяется в толпе. За ней тащится, вцепившись ей в руку, Гера, одетый в матросский костюмчик.

Тушки барашков расчленяют на куски, насаживают на шампуры и кладут на горящие жаровни.

В середину освобожденного круга выходят Коляня и шесть парней в косоворотках. Они куражатся перед публикой, играют просторными плечами.

КОЛЯНЯ
Ну, островитяны-тараканы, сверчки запечные, кто из вас устоит против скифов?

Народ расступается. В круг выходят шестеро молодых людей в белых полотняных штанах и рубахах, подпоясанных белыми кушаками. Парень с острой русой бородкой обращается к толпе — РАДОВИЧ.

РАДОВИЧ
Наш седьмой брат заболел. Найдется ли среди вас человек, готовый постоять за Господа нашего Иисуса Христа?

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 3
Таких дураков больше нет!

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 4
Я обычно третьим бываю! И то перед получкой…

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 5
Пускай Христос и будет у вас седьмым!

Толпа реагирует на жалкие остроты бурным смехом.

Иуда бросает на камни замызганный плащ, снимает дырявый свитер, брюки, грязные сапоги и остается в нижней рубахе, заправленной в спортивное трико. Входит в боевой круг.

РАДОВИЧ
Вениамин? Кувшинников?

ИУДА
Не до этого сейчас, брат. Может, меня зовут Тахев: тот, кто возвращается. Давай лучше думать, как вместе наказать этих мадианитян.

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 6
Теперь хана скифам!

Бойцы встают друг против друга. В соперники Иуда выбирает Коляню. Коляня добродушно ухмыляется.

Парни в белых одеждах поворачиваются лицом на восток, молятся вполголоса и осеняют себя четким крестом.

ИУДА
Господи, да не восторжествуют надо мной враги мои!

Хлопцы в косоворотках кланяются гранитному памятнику Великого Учителя, стукаются друг с другом ладонями.

Коляня ударом правой ноги в голову укладывает Иуду на камни. Толпа одобрительно гикает. Не успевает Иуда подняться, как опять пропускает удар — теперь уже левой ногой в грудь. Иуда отлетает к Радовичу, который в этот момент тоже плотно приземляется на седалище. Радович сплевывает кровавую слюну.

РАДОВИЧ
Держись, брат, во имя Господне!

ИУДА
Умри, душа моя, с филистимлянами!

Под смех зрителей Иуда вскакивает на полусогнутые ноги. Коляня делает ложный замах левой рукой, но Иуда не поддается на уловку. Коляня пытается привести удар пяткой.

Иуда припадает к земле левым боком, резко переворачивается на спину и крутится, опираясь на руки, а ногами с размаха подсекает Коляню, который стоит цаплей на одной ноге после неудачного выпада. Коляня всей массой падает навзничь.

В толпе зрителей тупой стук от удара затылком о каменную плиту вызывает унылый ропот. К поверженному Коляне подбегают медбратья с носилками.

Иуда с ликующим криком кидается на выручку Радовичу. Блеск золотых зубов его соперника, мощного бритоголового хлопца, служит главным раздражителем для Иуды.

ИУДА
Меч Господа и Гедеона!

Иуда с разбега бодает бритоголового головой в живот и, когда тот сгибается от боли, обрушивает на его загривок сильнейший удар сцепленных замком рук. Хлопец падает.

КТО-ТО ИЗ ТОЛПЫ 7
Бей! Спасай!

Хмельная толпа, взвыв от обиды за своих кумиров, поглощает белорубашечников и Иуду. Достается и Гайсину, лихорадочно щелкающему фотоаппаратом.

Следователь вместе с вынырнувшей из толпы Ксенией пробиваются к Иуде, облепленному аборигенами.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ КОРИДОР ВЕЧЕР
Ксения провожает Следователя и плачет.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
У Вас ему будет безопаснее, чем в тюрьме, куда губернатор приказал его доставить.

Ксения кивает, продолжает плакать. Следователь уходит.

2 СЕРИЯ

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ ВЕЧЕР

Иуда лежит на диване. Приходит в себя, перед глазами мелькают обои со звездочками. Улыбается.
Из угла к Иуде кидается заплаканная Ксения.

КСЕНИЯ
Как ты себя чувствуешь, Венечка? Я уж думала, опять убили, изверги! Не успел воскреснуть… Зачем ты с ними связался, с этими халдеями?

Ксения подносит к губам Иуды кружку.

КСЕНИЯ
Теперь ты узнаешь меня, Вена? Это же я, твоя жена Ксения!

ИУДА, пока пьет до дна, разглядывает Ксению исподлобья.

ИУДА
Да, я чувствую, что и ты, и этот дом, и все запахи мне родные. Но в голове пока туман. Не торопи меня, ладно?

Иуда стонет, поглаживая пальцами виски.

КСЕНИЯ
Ладно, ладно, Вена, не волнуйся. Главное, ты опять с нами. Значит, так нужно Господу. Может, поешь?

ИУДА
Неси, милая. Да поскорей. Я голоден, как шакал в пустыне. Только без свинины, пожалуйста.

КСЕНИЯ
Знаю-знаю. Ты и раньше ее не любил…

Обрадованная Ксения скрывается за дверью.

Иуда осматривается. Глиняные горшочки с геранькой на подоконниках, платяной ореховый шкаф с плюшевым медведем наверху, домотканые пестрые коврики на половицах, настенные часы с кукушкой.

Возвращается Ксения с расписной миской борща. Она кладет Иуде под спину подушку и кормит его с деревянной ложки. Иуда протестует и ест сам. Ксения сидит рядом и счастливыми глазами сопровождает каждое его движение.

КСЕНИЯ
Как борщ? Ты ведь был охоч до него. Со сметанкой! С красным перчиком! И мясо твое любимое — баранинка. Вчера готовила и плакала, тебя вспоминала. Хвала Иегове, услышал мои молитвы.

Иуда чмокает губами и жмурится от удовольствия.

ИУДА
Ты молилась Яхве, чтобы я вернулся?

КСЕНИЯ
Я просила его соединить нас на том свете, а он опять соединил на этом. Ты рад, мой любимый?

ИУДА
Ужасно рад! Ты мне нравишься…

Ксения нечаянно касается ягодицей колена Иуды. Он на время перестает жевать. Взгляд его скользит по ее груди и бедрам, их формы легко угадываются под тесным платьицем.

ИУДА
Припоминаю, с этим платьем у меня связаны некие приятные моменты…

КСЕНИЯ
Я была в нем, когда мы с тобой познакомились. Помнишь? Я тогда приняла святое водное крещение, и ты на сходке меня поздравил, поцеловал в щеку.

Ксения плачет от радости.

ИУДА
Жаль, поясницу ломит. А то бы я попросил тебя снова вылезти из него.

Иуда вожделенно вздыхает и гладит руку Ксении выше локтя.

ИУДА (ПРОД.)
Тогда бы точно все вспомнил.

КСЕНИЯ
Побойся Бога, Вена. Тебе же не восемнадцать лет. Скоро дети вернутся из школы. Экий ты ненасытный у меня! Вот оклемаешься маленько, тогда допущу…

ИУДА
Спасибо, дорогая, борщ был великолепный. Даже кишки начинают вспоминать свое, родное. Но сейчас бы я соснул немного. А то опять с головой не в порядке. Да и откуда ему быть, порядку, если за один день я успел столько раз получить по морде?

КСЕНИЯ
Вздремни, солнышко. Ты даже огрубел после этих побоев, стал похож на своего младшего братца Якова — те же шуточки…

Ксения целует Иуду в лоб, прикрывает одеялом.

НАТ. ДОМ КСЕНИИ НОЧЬ — СОН ИУДЫ 1
Юноша в хитоне, с расплывчатым лицом, заносит нож над изогнутой спиной Иуды, целясь точно под левую лопатку, а

ИУДА, едва успевает перехватить его костлявую руку, где на запястье синеет татуировка из трех шестерок.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ НОЧЬ
Иуда просыпается, в комнате темно и тихо. Он замирает и цепляется пальцами в обивку дивана. Обшаривает глазами сумрак. Смотрит вверх: прямо над головой висит облачко. Иуда концентрируется, его выталкивает из тела наверх.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ ПОД ПОТОЛКОМ НОЧЬ
Иуда зависает между потолком и диваном. В очертаниях облачка трансформация: просматривается обличье Вениамина.

Оба призрака одновременно смотрят вниз, на тело: оно почти недвижно покоится на диване, только дышит широкой грудью, да время от времени отмахивается рукой от комара.

ИУДА
Здравствуйте, Вениамин Михайлович!

ВЕНИАМИН
Здравствуйте. А вы кто?

ИУДА
Вам разве не объяснили? Эти бюрократы могли и забыть. Я — Иуда Симонов. Тот самый…

НАТ. КЛАДБИЩЕ НОЧЬ
СТОРОЖ обходит свои невеселые владения. Видит на дне разъятой могилы закрытый гроб, обшитый алой материей. В изголовье стоит новый металлический памятник с фотографией Вениамина Кувшинникова. Сторож сильно пугается, убегает.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ ПОД ПОТОЛКОМ НОЧЬ
Вениамин и Иуда в виде призраков беседуют.

ВЕНИАМИН
А почему именно вам, простите, поручили это задание?

ИУДА
Начинается! Не успеют из яйца вылупиться, как уже чем-то недовольны, уже бунтуют. Запомните, Вениамин: проклятые вопросы задаются только на земле. А здесь всякие свобода и анархия прекращаются. Будете совать свой нос во всякие секреты — сошлют вас куда-нибудь, скажем, в Египет, каким-нибудь евнухом — по капле выдавливать из себя грешного человека.

ВЕНИАМИН
Вам не нравится, что вы стали Кувшинниковым?

ИУДА
Я пока остаюсь Иудой из Кериофа. Меня ведь тем и наказали, что сохранили земную память. А загробную почти всю стерли. Но я не в обиде. Ибо – Тайна! Если окончательно не испорчусь и не опозорю ваше славное тело… То меня и от первой памяти избавят. Это и будет рай.

ВЕНИАМИН
Мне кажется, вы и впрямь не любили Иисуса Христа. Евангелисты были правы.

ИУДА
Давай не будем об этом. Уже тошнит!

ВЕНИАМИН
У меня к вам просьба: не обижайте моих детей. Ведь им и так больно. Они очень любят меня. И я их. Не хочу оставлять о себе плохую память.

ИУДА
Какую я о себе оставил? Обижаете! Впрочем, теперь не докажешь… Ну, а с Ксенией что будем делать? Она тоже без вас не может жить. Без ваших ненасытных ласк. Мне-то каково?

ВЕНИАМИН
Понимаю… Я к ней хорошо относился. Но никогда не любил. Она так и осталась моей сестрой по вере, доброй женщиной.

ИУДА
А Мария Залетнова?

ВЕНИАМИН
Вы уже и о ней знаете? А может, даже встречались?

Вениамин беспокоится, теряет форму.

ИУДА
Она куда-то исчезла…

ВЕНИАМИН
Я тоже везде ищу Марию. Бабура каждую ночь спит с разными шлюхами. У бабушки в деревне ее нет. Ума не приложу…

ИУДА
А среди ваших, среди новичков, она не значится?

ВЕНИАМИН
Нет. Чую, жива она и где-то скрывается.

ИУДА
Скажите, Вениамин: вы знаете, кто вас убил?

ВЕНИАМИН
Знаю. И даже видел его лицо. Совсем еще мальчик. Но он жертва, безумное орудие в руках настоящего злодея. Впрочем, это уже не имеет значения.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ НОЧЬ
В комнату входит, крадучись, Ксения в легком крепдешиновом капоре и в тапках с шарами из заячьего меха. Она замирает у дивана и пытливо созерцает покрытое ссадинами лицо Иуды.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ ПОД ПОТОЛКОМ НОЧЬ
Вениамин и Иуда в виде призраков беседуют.

ИУДА
Может, облачишься на время в старые доспехи и утешишь бедную вдову? Я отвернусь или побуду в скверике.

ВЕНИАМИН
Веселый ты человек, Иуда. Я, честно говоря, не против. Но мне категорически запрещено, ты же знаешь.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ НОЧЬ
Ксения встает на колени перед диваном и шепчет молитву.

КСЕНИЯ
Молю тебя, Господи Иисусе Христе, дабы через заслуги твоих учеников, кроме Иуды Искариота, и во имя твоего великого подвига исцелена была эта рана в голове раба твоего Вениамина, возвращена ему прежняя память и любовь…

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ ПОД ПОТОЛКОМ НОЧЬ
Вениамин вытекает в открытую форточку. Иуда шмыгает через ноздри в тело, делает вид будто только что проснулся.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ НОЧЬ

Ксения целует Иуду в лоб.

КСЕНИЯ
Как самочувствие, солнышко?

ИУДА
Уже лучше.

Иуда зевает и дотрагивается до бедра Ксении.

ИУДА
Но если б ты легла рядом и приласкала…

КСЕНИЯ
О, Господи, Вена, у тебя одно на уме. Ребятишки чутко спят. Они как увидели тебя вечером, так запрыгали от радости. Долго не могли уснуть.

Ксения стыдит Иуду с наигранным отчаянием. Сидя на краешке дивана, она крепко сдавливает руку Иуды в своих ладонях.

КСЕНИЯ (ПРОД.)
Ты уж, ради Бога, напрягись, постарайся их вспомнить или хотя бы сделать вид. Я сказала им, что ты тяжело болел и перенес сложную операцию.

ИУДА
Послушай, Ксения, а вдруг…

Иуда освобождает руку и стучит ногтем по коленке Ксении.

КСЕНИЯ
Господи, как приятно, когда ты произносишь мое имя!
(целует Иуду)
Фу, колючка какой! Ты раньше по два раза в день брился, чтобы меня не оцарапать.

ИУДА
Я хочу сказать: а вдруг окажется, что тело мое принадлежит твоему мужу, а все остальное…

КСЕНИЯ
Знаю-знаю. Следователь Джигурда намекал. Боялся, что я в обморок упаду. А я нисколько не испугалась: ты ведь сам часто казнился, называл себя настоящим Иудой — предал, мол, своего учителя, старика Вебера, бывшего нашего надзирателя.

ИУДА
Но ведь я действительно Иуда из Кериофа. Мой дух внедрили в тело покойного Вениамина. Это свинство, конечно…

КСЕНИЯ
Перестань, дорогой. Совсем не остроумно. И не смешно. Меня такими залетами не удивишь. Вспомни, где я работаю: в психбольнице… Может, тебе немного подлечиться у нас?

ИУДА
Нет уж, спасибо! Посудите сами, Ксения: как бы мог ваш муж так легко выбраться из могилы…

КСЕНИЯ
Мы уже на «вы»?

Ксения кладет руки Иуде на плечи и заглядывает в глаза.

КСЕНИЯ
Не мучь ты себя, Вена. И меня тоже. Вебер сам во многом виноват. Он всех нас невольно подставил под удар. Если тебя Господь оживил столь чудесным образом — значит, простил. Радуйся! Ты теперь у нас вроде святого.

Иуда бросает на Ксению непонимающий взгляд, едва не смеется.

ИУДА
Ладно, замнем… Но ты мне дай хотя бы взглянуть на этот Новый Завет. Чего там насочиняли мои друзья-апостолы?

КСЕНИЯ
Окстись, Вениамин! Эта книга богодухновенна.

ИУДА
Может быть. Но ты все равно дай почитать. Вдруг что и прояснится.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ НОЧЬ — ПОЗЖЕ
Ксения несет небольшой томик в потертом бархатном переплете, включает настольную лампу у изголовья постели.

КСЕНИЯ
Спокойной ночи.

Ксения уходит. Страшно волнуясь, Иуда раскрывает книгу и углубляется в чтение. Раза два всплакнув, он иногда весело смеется, но чаще одобрительно цокает языком.

В наиболее острые моменты повествования Иуда вскакивает с дивана и возбужденно челночит по скрипучим половицам, взъерошивая дрожащими пальцами волосы на затылке.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ДЕТСКАЯ НОЧЬ
На одной кровати спят вместе мальчик и девочка восьми лет. Ксения, лежа на другой кровати, горько плачет в подушку, слушая, как Иуда шарахается и ругается.

ИНТ. КЛАБИЩЕ КОНТОРА УТРО

ДИРЕКТОР кладбища ругает Сторожа.

ДИРЕКТОР
Наверняка орудовала шайка грабителей — уже третий случай за квартал. Немедленно засыпать, хоть этим компенсируешь свой огрех!

НАТ. КЛАБИЩЕ КОНТОРА УТРО
Сторож с лопатой в руках выходит из конторы.

НАТ. КЛАБИЩЕ УТРО
Сторож закапывает могилу Вениамина.

ИНТ. МИЛИЦЕЙСКИЙ УЧАСТОК КАБИНЕТ СЛЕОВАТЕЛЯ УТРО
Следователь разговаривает с Ферапонтовым по телефону.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
«Библейский посланник» сбежал по дороге, едва не придушив шофера, отца троих детей.

ФЕРАПОНТОВ (ЗК)
Немедленно произвести эксгумацию трупа сектанта Кувшинникова, чтобы покончить со всякими легендами! Покойники не оживают! Подобное еще надо заслужить… А это кто такой?

НАТ. КЛАДБИЩЕ УТРО — ПОЗЖЕ

Полупьяные рабочие раскапывают могилу Вениамина. Рабочие вытаскивают при помощи веревок гроб, поднимают крышку.
Все в ужасе разбегаются. Только Следователь остается стоять у могилы, удивлено чешет в затылке.

Из гроба восстает слегка посиневший бомж ЗОЗУЛЯ и очумело моргает похмельными глазами. В изножье у него лежит пустая бутылка из-под водки.

НАТ. КЛАДБИЩЕ УТРО — ПОЗЖЕ
Гайсин берет интервью у Зозули.

ЗОЗУЛЯ
(запинаясь)
Водку честно заработал в продмаге, помогая сгружать всенародный товар. Уединившись на кладбище, своем любимом месте отдыха, выпил спиртное в приятном одиночестве…

НАТ. КЛАДБИЩЕ НОЧЬ — ВОСПОМИНАНИЕ
Зозуля идет по тропинке мимо могил, шатаясь и бормоча что-то заплетающимся языком. Останавливается, вынимает из авоськи бутылку водки, опивает из горла и сует обратно. Поднимает глаза — впереди разрытая могила, открытый гроб.

Зозуля останавливается на краю могилы, смотрит на памятник с фотографией Вениамина. Наклоняется над могилой в порыве любопытства, теряет равновесие и падает вниз.

После неудачной попытки выбраться из могилы, Зозуля укладывается в гробу поудобнее, чтобы поспать. Ежится от холода, накрывается крышкой.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

НАТ. ЗАПРАВКА УТРО
Следователь заправляет машину, слушает разговор водителей.

ПЕРЕГОНЩИК
Местные сектанты откопали ночью своего покойного руководителя, воскресили его, использовав колдовские приемы, а на его место закопали живого бомжа в качестве необходимой жертвы Иегове. Теперь воскресший пресвитер обладает чудодейственной силой — может убивать и лечить одним взглядом, на расстоянии.

Следователь с усмешкой садится в машину и уезжает.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ УТРО — СОН ИУДЫ 2
Следователь пытается разбудить Иуду, тормоша за плечо. Иуде кажется, будто некто в стеклянной маске пытается задушить его, приходится стукнуть злодея в физиономию.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ ГОСТИНАЯ УТРО
Раздается крик, Иуда видит Следователя, ползающим на коленях возле дивана. Он держится одной рукой за покрасневшую челюсть, а другой шарит по половицам в поисках очков.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
(встает с колен)
Вы с ума сошли! Я, между прочим, при исполнении и могу вас привлечь.

ИУДА
Извините, гражданин начальник.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Кстати, а откуда вы наш язык знаете?

Следователь протирает платком стекла очков.

ИУДА
(кивает в потолок)
Там — всему научат.

Из кухни приходит Ксения, робкая и увядшая. Переводит подавленный взгляд с Иуды на Следователя.

КСЕНИЯ
Вы бы позавтракали. Я приготовила рыбу, она на столе. Чайку хоть попейте.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
На небе кашу заварят, а на земле ее расхлебывают.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ КУХНЯ УТРО
Сидя за столом, Иуда и Следователь пьют чай.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Все версии народной молвы сходятся в одном: наконец-то на острове произошло какое-то достойное событие, настоящее чудо.
(отпивает чай)
А вот губернатор отвергает возможность пустых чудес, не связанных с благоденствием острова. Приказал во что бы то ни стало разыскать беглого покойника.
(допивает чай)
Так что, собирайтесь. Терять из-за вас работу я не намерен. Но прежде приведите себя в порядок.

ИНТ. ДОМ КСЕНИИ КОРИДОР УТРО
Замшевые туфли, светлоголубой костюм, синяя льняная рубашка. Перед зеркалом стоит чисто выбритый

ИУДА, надевает салатовый галстук.

НАТ. ДОМ КСЕНИИ УТРО
Иуда и Следователь выходят из дома. Их окружает толпа пожилых женщин и мужчин. Все разом падают на колени перед Иудой и стараются дотронуться до его костюма. Следователь проворно отскакивает в сторону. Иуда выбрасывает руку вперед.

ИУДА
Я послан к вам, островитяне, с последним предостережением: покайтесь, кто еще в грехе, ибо скоро будет поздно! Очищайтесь в молитвах от скверны вашей жизни, от бесов суетного мира. Будьте как дети в своих помыслах. Ибо кара Господня близка!

Одна из старушек целует туфли Иуды.

СТАРУШКА
С воскресением вас, Вениамин Михайлович, пастырь вы наш родной! Чудо свершилось, и мы тому счастливые свидетели. Мы денно и нощно молились за вас перед Господом, и он услышал наши молитвы. Теперь и вы внемлите слезам своих верных овец: обратите на наши немощи великую силу вашей небесной благодати, чтобы и нам не страдать без вины…

СТАРУШКА 2
Замучил меня сахарный диабет, батюшка. На одних уколах живу…

СТАРУШКА 3
А у меня, родимый, рука сохнет и желудок болями изводит…

ИУДА
Слушайте меня внимательно, братья и сестры! От грехов я не избавляю. Только один Господь это может. А болезни — суть грехи ваши или родителей ваших. Но вот что я могу, благочестивые: кто имеет за душой Христа, тот спасется. Кто верит в Него, с тем да сбудется. А кто сомневается — не взыщите: что посеяли, то и пожнете!

Иуда вскидывает кверху руки с растопыренными пальцами.

ИУДА
Глядите в мои глаза, и старайтесь узреть в них другие очи. Это не мои, это Его очи пронизывают вас насквозь, как некогда меня, и внушают вам: не бойтесь внешних болезней, а бойтесь внутренних, ибо внешней смерти нет. И я тому свидетель.

Гайсин и Тимс подбегают к Иуде с блокнотами и фотоаппаратом.

ИУДА (ПРОД.)
Имеющий уши да услышит и исцелится! Аминь. Ступайте с Богом и верьте.

Следователь резко отстраняет Гайсина и Тимса, подталкивает Иуду к стоящей неподалеку патрульной машине.

ИНТ. МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ УТРО
Машина трогается. Иуда невесело вздыхает, оттягивая жесткий воротник рубашки.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вы сами-то хоть верите в то, что говорили?

ИУДА
Самое трудное было — не рассмеяться. Но вот откуда слова эти взялись, не пойму. Словно кто-то вкладывал их в мой бедный ум. Скоро меня разоблачат, и тюрьма будет лучшим выходом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Пожалуй, что так.

ИНТ/НАТ. МАШИНА СЛЕДОВАТЕЛЯ ГОСТИНИЦА УТРО
Мелькает перед глазами Иуды ажурная металлическая изгородь. Машина останавливается перед гостиницей.

ИНТ. ГОСТИНИЦА КОРИДОР УТРО
Следователь с Иудой у дверей номера Ферапонтова. Ферапонтов открывает двери: лицо распаренное, на груди под расстегнутой рубашкой седоватая шерстка с капельками пота.

ИНТ. ГОСТИНИЦА НОМЕР ФЕРАПОНТОВА УТРО
Ферапонтов опускается в кресло возле столика с батареей мерцающих бутылок и богатой снедью.

ФЕРАПОНТОВ
Отыскался покойничек! Теперь хоть на человека стал похож. Ты что же, товарищ Кувшинников, комедию ломаешь? Ну, воскрес, так воскрес. Бывало и не такое. Но зачем ты себя за Искариота выдаешь?

Ферапонтов с ухмылкой сощуривает глаза, отхлебывает из бокала и удовлетворенно причмокивает губами.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Разве ты меня не помнишь? А ведь мы с тобой немножко сотрудничали. Не забыл своего предшественника Вебера? Ты ведь занял его место благодаря мне.

ИУДА
Не знаю я никакого Вебера.

ФЕРАПОНТОВ
А Марию?

ИУДА
Где она? Вы знаете?

ФЕРАПОНТОВ
Клюнул! Я еще фамилию не назвал, а он уже понял, о ком речь.

Ферапонтов смеется и шлепает себя по ляжкам.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Хватит притворяться, Вениамин Михайлович! Актер из тебя никудышный. Ну-ка разденься! Я сейчас всем докажу, что ты — это ты и никто другой. Или тебя раздеть?

Иуда нехотя раздевается. Ферапонтов поворачивает его к себе спиной и тыкает пальцем под левую лопатку.

ФЕРАПОНТОВ
Что я говорил? Выйди-ка на минутку сюда, Ираида Кондратьевна, здесь все свои… Вот он, засохший рубец от удара ножом!

Ферапонтов поворачивается к смущенному Следователю.

ФЕРАПОНТОВ
Ты бы мог и сам это проверить, дорогой мой Фуше. Или он уже склонил тебя на свою сторону?

Из спальни выходит Марсальская в короткой тафтяной юбке и канареечного цвета блузке, с постельным румянцем на щеках.

Следователь теряется, сопит и поправляет очки.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Фуше, между прочим, был из другого ведомства. А в отношении человека, который стоит перед нами… Я и сейчас убежден, что это не убитый Вениамин Кувшинников и не брат его Яков, а кто-то другой. Возможно, он тот, чьим именем себя называет. Но доказать никто ничего не может, ни мы, ни он.

ФЕРАПОНТОВ
Кончай свои мистификации! У тебя есть факты, и ты обязан следовать им.

Марсальская подходит к Иуде вихляющей походкой и щупает шрам на спине.

МАРСАЛЬСКАЯ
Это ни о чем не говорит, Тимур Иванович.

Марсальская садится на свое место у треугольного столика и тянется к фужеру с красными следами от губной помады.

МАРСАЛЬСКАЯ
Сегодня ночью я общалась с духом нашего любимого Учителя, и он подтвердил, что к нам на остров действительно явился Искариот.

ИУДА
Какого еще учителя?

МАРСАЛЬСКАЯ
Не того, о ком ты подумал.
(шепотом)
А того, кто подмигнул тебе вчера в своей гробнице. Было такое?

Марсальская закидывает ногу на ногу и отпивает вина.

ФЕРАПОНТОВ
Ты что же это, Ираида, сразу не сказала? Темнишь?

Ферапонтов в растерянности. Застегивает рубашку на все пуговицы, накидывает на плечи пиджак.

МАРСАЛЬСКАЯ
Спросите у нашего гостя. Он человек честный.

ИУДА
Значит, мне не померещилось.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Но постойте! Ведь я шагал при осмотре пирамиды прямо за спиной гостя и не мог не заметить…

ФЕРАПОНТОВ
Ты вообще перестал замечать то, что нужно.

Ферапонтов разливает вино на четверых, но прежде чем взять бокал, близко наклоняется к Иуде.

ФЕРАПОНТОВ
Если вы так хорошо усвоили наш язык, то уж свой-то родной, арамейский, должны знать тем паче. Только не надо клясться, что вы забыли его после двух тысяч лет, проведенных неизвестно где.

Иуда радостно прищелкивает пальцами.

ИУДА
Вы правы, губернатор. Как я сам не догадался! Я действительно многое подзабыл, но кое-что помню.

ПРИМЕЧАНИЕ: Иуда читает отрывок из Аггады на арамейском языке. Глаза сияют, меняются черты лица, мимика, тембр голоса, появляются импульсивные характерные жесты рук.

Ферапонтов и Следователь напряженно-внимательно слушают. У Марсальской замирает сердце, когда Иуда нечаянно обращает на нее «иноземный» взгляд.

Иуда умолкает. Ферапонтов смотрит на Иуду с почтительным одобрением и тихо стучит кончиками пальцев о ладонь.

ФЕРАПОНТОВ
Весьма убедительно. Я ведь учился в институте востоковедения и немного в ваших языках разбираюсь.

ИУДА
Это был отрывок из Аггады, одной из частей Талмуда.

Иуда берет бокал, нюхает вино и делает несколько глотков.

ИУДА (ПРОД.)
Не думаю, чтобы ваш сектант его знал. Между прочим, я с ним недавно встречался.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это где же? И каким образом?

Следователь дергается в кресле и задевает ботинком ножку столика. Фужер с соком опрокидывается.

ИУДА
Ночью, под потолком, в его бывшем доме. Он сказал, что знает своего убийцу в лицо. Но назвать отказался.

ФЕРАПОНТОВ
Почему? Мести, что ли, боится?

Ферапонтов бросает в лужицу сока несколько салфеток.

ИУДА
Он намекнул, что настоящий убийца все-таки другой.

Следователь лениво ковыряет ложечкой в банке с красной икрой.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Я так и думал.

Ферапонтов нависает над столиком взъерошенной совой.

ФЕРАПОНТОВ
Что ты думал?! Ну, что? Видите ли, думал он!
Слишком много размышлять стал… Лучше бы действовал!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Всему свой срок, Тимур Иванович.

Ферапонтов искоса бросает на Следователя быстрый взгляд. Нарочито обескуражено смеется и хлопает себя по коленям ладонями.

ФЕРАПОНТОВ
Век живи и век удивляйся! Между нами, говоря, я тоже сомневался. Флюид не тот. Да и никогда бы Вениамин Кувшинников не полез драться со скифами. Кстати, гражданин мира, поздравляю вас с первой кровью: вы убили моего телохранителя Коляню. Два часа назад скончался в реанимации.

Иуда вздрагивает с бокалом в руке. Марсальская смотрит на Иуду с восхищением и откровенным желанием. Иуда судорожно выпивает до дна, наливает из первой попавшейся бутылки.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Так что, у меня много оснований отправить вас за решетку. А еще лучше — в психлечебницу. Туда недавно привезли новоявленного Иоанна Крестителя: те же грозные речи и проклятия на головы начальников, особенно на мою. Вы бы с ним сошлись.

ИУДА
Вы так считаете? Я этого типа не любил.

Ферапонтов приглаживает волосы.

ФЕРАПОНТОВ
Могу пооткровенничать. Мне по душе ваша легендарная Иудея. У нас много общего: страстная любовь к родине, к своей идее, к преданьям старины глубокой… Да много чего!

Ферапонтов добавляет всем вина и поднимает свой бокал.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Поэтому я предлагаю вам, товарищ Искариот, быть до конца Иудой…

Неловкое молчание. Следователь протирает стекла очков серым скомканным платочком. Марсальская наклоняется к Следователю.

МАРСАЛЬСКАЯ
Зайдите как-нибудь — я вам хоть сморкальник выстираю.

Следователь прячет платок в карман.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Зайду обязательно. Хотелось бы кое о чем у вас спросить.

ИУДА
Я что-то вас не понял.

ФЕРАПОНТОВ
Не без помощи Ираиды Кондратьевны у меня родился один планчик. Неплохо бы создать общество друзей Иуды. Сокращенно — ОДИ. В противовес всяким там баптистам. Помещение выделим, рекламные плакаты выпустим, что-нибудь вроде: «Не бывал ли ты в ОДИ – если нет, то приходи». Вы должны нам помочь. В конце концов, тебя послали сюда не разрушать, а созидать.

Ферапонтов отпивает вино.

ИУДА
(пожимает плечами)
Я теперь вообще не знаю, зачем меня послали.

Ферапонтов ударяет кулаком по столу.

ФЕРАПОНТОВ
Не пудри мне мозги!

Марсальская прикусывает губы и цепляется в руку Иуды.

МАРСАЛЬСКАЯ
Пойдемте со мной, товарищ Искариот. Я вам популярно объясню. Ну же!

Марсальская властно тянет Иуду в боковую комнату.

ИНТ. НОМЕР ФЕРАПОНТОВА СПАЛЬНЯ УТРО
Марсальская щелкает замком, бросается на шею Иуде.

МАРСАЛЬСКАЯ
Ты почему, изменщик коварный, вчера не пришел? Я ведь ждала. Променял меня на глупую сектантскую курицу?

Иуда сдавливает бедра Марсальской.

ИУДА
Я ее не трогал.

МАРСАЛЬСКАЯ
Значит, сохранил свои силы для меня?

Сверкая оскаленными зубками, Марсальская расстегивает молнию на брюках Иуды, просовывает руку в ширинку.

МАРСАЛЬСКАЯ
Я хочу тебя, Иудушка. Я жажду и требую. Трахни меня по-солдатски, по-походному, без всяких выкрутасов. Вот так…

Марсальская задирает юбку, расставляет ноги в стороны и упирается руками в низкую тумбочку возле кровати с разлохмаченной постелью.

МАРСАЛЬСКАЯ
Давай, Иудушка, поехали! Жарь на всю катушку!

Иуда бросается к заду Марсальской. Брюки шлепаются на пол.

ИНТ. НОМЕР ФЕРАПОНТОВА УТРО
Ферапонтов кого-то зычно распекает по телефону, размахивая кулаком.

ФЕРАПОНТОВ
Вы что совсем идиоты? Мать вашу…

Прорывается сдавленный стон Марсальской.

Следователь сидит, съежившись в кресле.

ИНТ. НОМЕР ФЕРАПОНТОВА СПАЛЬНЯ УТРО
Марсальская приводит себя в порядок, поправляет волосы, красит губы. Посылает Иуде воздушный поцелуй.

Иуда долго возится с ремнем и злится сам на себя.

МАРСАЛЬСКАЯ
(нарочито громко)
Соглашайся на предложение губернатора. От тебя требуется всего лишь рассказать правду об Иисусе: мол, был он добренький, но космополит. Ненавидел патриотов, насмехался над народной памятью и обычаями, призывал к сотрудничеству с Центром, то есть с Римом, боялся всяких восстаний и революций.

Марсальская берет флакон духов с полки под зеркалом, смачивает содержимым палец, мажет за ушами и между грудей.

МАРСАЛЬСКАЯ (ПРОД.)
Побольше трепись о героической иудейской войне, о любви к отеческим гробам, о Моисее, чтобы народ вместо гнилой морали «возлюби врага своего» утвердился в заповеди «кровь за кровь».

ИНТ. НОМЕР ФЕРАПОНТОВА УТРО
Иуда и Марсальская выходят из спальни. Следователь на них подчеркнуто не смотрит, делая вид, что слушает Ферапонтова. Ферапонтов остервенело швыряет трубку на рычаг, с еще не остывшей яростью смотрит на Иуду.

ФЕРАПОНТОВ
Ну что — договорились?

МАРСАЛЬСКАЯ
Наш гость согласен, Тимур Иванович. Я убедила его.

ФЕРАПОНТОВ
Ты кого хочешь убедишь, дочь Изиды и Осириса. Но я бы хотел услышать о согласии из уст самого гостя.

ИУДА
Предложение заманчивое. Почему бы не попробовать?

ФЕРАПОНТОВ
Я знал, что вы нашей закваски. Потому особо и не трогал.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А как же быть с Вениамином Кувшинниковым? Его многие знают в лицо. Начнется дикий наплыв паломников. Ведь хождение слухов по городу не запретишь.

ФЕРАПОНТОВ
Дело об убийстве сектанта Кувшинникова надо закрыть за неимением улик. Ножи с тремя шестерками сейчас у многих в Тотэмосе — мода такая пошла.

Ферапонтов откидывается на спинку кресла, зевает.

ФЕРАПОНТОВ (ПРОД.)
Надо повернуть дело так, чтобы, в конечном счете, мы убили еще одного зайца. Для этого у нас есть средства массовой информации. Я сам свяжусь с кем надо.

НАТ. ХРАМ ДЕНЬ
Иуда по лесной дороге выходит к небольшому деревянному храму с крестом на голубой маковке, с кривой изгородью и двориком, где на паперти голуби и нищие.

Иуда проходит мимо торговых лавок с сидящими в них продавцами церковной утвари. Заходит в храм.

ИНТ. ХРАМ ДЕНЬ
Идет служба, Иуда следит за движениями прихожан, которые крестятся. Иуда стоит возле бокового открытого входа и вздрагивает, когда со стороны подворья его нерешительно зовет

РОДИОН – рослый дьякон. Иуда оборачивается.

РОДИОН
Вениамин! Сынок!

НАТ. ДВОР ХРАМА ДЕНЬ
Иуда подходит к Родиону. Родион торопливо осеняет себя крестом и прижимает Иуду сильными руками к груди.

РОДИОН
Чудны дела твои, Господи! Мне вчера разное говорили: одни — будто тебя вовремя откопали и оживили врачи, другие — что ты воскрес с Божьей помощью. Пойдем, Вена, к Олимпиаде, нашей привратнице. Вон ее хибарка, через тропинку.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КУХНЯ ДЕНЬ
Иуда и Родион приседают за столик у окна. Родион не сводит с Иуды изумленных глаз. Он то и дело притягивает Иуду за шею к себе, крестится на иконки в углу.

РОДИОН
Все еще не могу поверить, яко Фома-апостол…

ИУДА
Могу язвы показать.

РОДИОН
Не шути так, негоже.

Родион бросает подозрительный взгляд на Иуду.

РОДИОН
Да, Господи, неисповедимы пути твои! Может, сие есть сила святого креста? Когда ты лежал в гробу, я тайком надел на тебя церковный крестик… Что ты смурной такой, сынок? Или не узнаешь меня, батюшку Родиона?

ИУДА
Я сейчас самого себя не узнаю.

РОДИОН
Для меня это даже к лучшему.
Давно собирался я на эту исповедь. А тут Господь сам нас свел… Вы с Яшей знали меня с детских лет как друга вашей семьи. И не ведали, что я есть ваш родной отец. Не Михаил Кувшинников, царствие ему небесное, а я, Родион Шойгин. Миша был моим приятелем по молодым и глупым летам. Вместе в семинарии учились, вместе и в одну девушку влюбились. Это была ваша матушка, пусть будет земля ей пухом. Я оказался пошустрей. Но когда Елизавета сказала, что зачала от меня, не поверил ей…

Рот Родиона странно кривится, кожа на лице бледнеет.

ИУДА
Что с вами, отец?

РОДИОН
Ох, сынок, что-то худо мне с этого вина. Будто отравы выпил. Дай-ка водички.

Иуда черпает кружкой воду из цинкового ведра, стоящего у печки на табурете, подает Родиону.

Родион жадно припадает к краю кружки, глотает воду. Пальцы Родиона слабеют, рука трясется. Кружка падает на стол.

Мокрое от пота лицо Родиона перекашивается, покрывается ржавыми пятнами. Родион судорожно подносит руку к плотному вороту, хрипит и падает на грязный пол.

Иуда бросается к Родиону, тормошит и слегка приподнимает на руках. Родион рачьими глазами таращится в потолок. Из перехваченного спазмами горла прорываются харкающие звуки.

РОДИОН
Ча… ча… чаша… иди…

Родион в последний раз дергается, обвисает телом, голова откидывается к правому плечу. Иуда понимает, что руки его обнимают труп, резко отстраняется. Голова Родиона ударяется о половицы.

Опрокидывая тазы и кастрюли, Иуда бежит к выходу. В дверях сталкивается с хозяйкой дома ОЛИМПИАДОЙ, неопределенных лет женщиной в темном платке и монашеском платье.
Тоскливые причитания Олимпиады.

НАТ. ДВОР ХРАМА ДЕНЬ
Иуда возвращается в храм, в толпу прихожан.

ИНТ. ХРАМ ДЕНЬ
Священник ПРОКЛ поднимает потир с жертвенника, проносит его во главе торжественной процессии через царские врата в алтарь и после евхаристической молитвы возносит дары кверху.

ПРОКЛ
Он же, принеся одну жертву за грехи, навсегда воспел одесную Бога…

До Иуды доходит смысл последних слов Родиона. Расталкивая прихожан, Иуда устремляется к престолу и выхватывает потир из рук ошарашенного Прокла.

ИУДА
Чаша отравлена…

Иуда протискивается сквозь онемевшую толпу к дверям. Стоя на невысокой приступке, выплескивает на землю вино причастия вместе с просфорой. Гул негодования в толпе.

Жилистый МУЖИК в бежевой рубахе хватает Иуду за грудки.

МУЖИК
Ты что же, Иудино семя, делаешь?! Над верой нашей измываешься?!

Мужик неумело ударяет Иуду в скулу. Иуда соскальзывает одной ногой со ступеньки и падает вниз.

НАТ. ДВОР ХРАМА ДЕНЬ
Бездомная вислоухая собачонка слизывает с травы красную влагу и глотает кусочки хлеба, смоченные в вине.

Три пожилые женщины нищего вида сидят на скамеечке у ограды. Одна ПОБИРУШКА резко поднимается с места, подскакивает к Иуде, с размаху бьет по голове авоськой.

ПОБИРУШКА
Ах ты, сука поганая! Человека христианского последней радости лишаешь! Без опохмелки оставил!

Другие побирушки вцепляются Иуде в волосы, больно пинают по коленкам ногами в мужских ботинках. Рассерженный Иуда выпрямляется во весь рост, намереваясь ответить обидчикам.

Собачонка крутится на месте, жалобно скулит, исчезает в щели под забором. Иуда провожает дворняжку досадливым взглядом. Во дворе появляется Олимпиада.

ОЛИМПИАДА
Держите кананита! Он убил дьякона Родиона!

Толпа прихожан бросается к куче каменных обломков.

Иуда намеревается перемахнуть через невысокую ограду, но падает вместе с заборчиком в уличную пыль. Кто-то бьет его носком сапога по ребрам, кто-то кирпичом по хребту.

Иуда выворачивается из-под частокола ног, ударяет Мужика кулаком в голову — тот падает как подкошенный.

БАБКА
Убил, окаянный!

Иуда хватает отскочивший от штакетника кол и с ревом замахивается на прихожан.

ИУДА
Прочь с дороги, жлобы необрезанные! Гробы поваленные! Близок ваш смертный час! Скоро вам всем на Страшный суд!

Народ отступает от Иуды, но камни в руках сжимают еще крепче, собираясь к решительному броску. Женский крик.

ЖЕНЩИНА
Собачонка-то издохла! Он прав, вино было отравленное!

Толпа ворчит, неохотно расставаясь с кирпичами и палками.

ЖЕНЩИНА 2
А кто ж его отравил? Может, он и сделал это. Морда уж больно бандитская.

ЖЕНЩИНА 3
Верно. Вполне мог. С тайным умыслом. Теперь и причащаться боязно.

ПАРЕНЬ
Братцы, да ведь этот мужик сражался против скифов на площади Восстания. Двух амбалов ухайдакал!

МУЖЧИНА
Похоже, он.

МУЖЧИНА 2
Все равно мы должны задержать его. Там разберутся.

НАТ. ДВОР ХРАМА ДЕНЬ — ПОЗЖЕ
Подъезжает Следователь со следственной бригадой, Лейтенант, Гайсин и Тимс. Направляются к дому Олимпиады.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КУХНЯ ДЕНЬ
Труп Родиона лежит между столом и дверью. Олимпиада проводит ладонью по лицу Родиона, закрывает ему глаза. Труп освещают фотовспышками, контуры тела обводят мелом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Захватите с собой чашу. Пускай быстренько исследуют в лаборатории и вернут. Возьмите на пробу кусочки земли с того места, куда этот спаситель людей выплеснул вино.

ЛЕЙТЕНАНТ
А как насчет собаки?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Ах да… Уже два трупа! Пускай и в ее желудке тоже покопаются… Не забудьте взять кружку со стола.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА ДЕНЬ
Следователь и Иуда заходят в комнату, садятся за стол.

Следователь сдергивает очки с носа и, дыхнув на стеклышки, протирает их новым чистым платочком.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А с чего это вдруг вас потянуло в церковь?

ИУДА
С грязи. Хотелось немного очиститься. Вспомнил Храм.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А батюшка не говорил, где он выпил вино и когда?

ИУДА
Не успел. Сказал лишь, что вино — отрава.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
В котором часу вы встретились?

ИУДА
Я ни в часах, ни вообще во времени не разбираюсь. Все по солнышку. А оно еще не стояло над храмом.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА 2 ДЕНЬ
Гайсин и Тимс наблюдают, как Иуда излагает события. Следователь внимает ему рассеянно. Поглядывает в окно, где покачиваются в весеннем цвету вишни.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА ДЕНЬ
Входит Прокл. Перекрестившись на божницу, дает Олимпиаде поцеловать руку и садится напротив Следователя. Взгляд его кажется преувеличенно тревожным из-за толстых линз.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Откуда вы получаете вино для причастия?

ПРОКЛ
Раньше было легче: из Центра нам регулярно поставляли кагор отличного качества. Сейчас, как вы знаете, хозяйственные связи разрушены. Приходится добывать вино через коммерческих посредников.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вино сегодняшнего причастия было заводское?

ПРОКЛ
Да. Несколько месяцев назад дьякону Родиону удалось через директора спиртзавода закупить два ящика кагора. Один ящик у нас украли ночью прямо со склада епархии. Второй мы отдали на хранение привратнице Олимпиаде. Она всегда дома, женщина честная, богобоязненная. С ее стороны всякие злоумышления исключаются.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Она вам сама приносит вино в алтарь?

ПРОКЛ
Когда как. Сегодня она принесла.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А вы лично не пробуете вино, прежде чем вылить его в чашу?

Прокл хмуро оправляет роговые очки.

ПРОКЛ
У меня такой привычки нет… А вот покойник иногда грешил. Особенно, если накануне происходило обильное возлияние.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Какие у вас были с ним отношения?

Прокл складывает на животе руки.

ПРОКЛ
Не буду скрывать, что по некоторым вопросам веры и жизни мы с ним расходились. В частности, мне был чужд его квасной патриотизм и заигрывание с властями острова. В личной жизни дьякон не всегда следовал правилам благочестия. Редкий пост выдерживал до конца. Мог и обидеть словом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Значит, враги у него были?

ПРОКЛ
Ну, это резковато сказано. У нас ведь не контора и не завод. Немного другие отношения. Неужели вы считаете, что это мог сделать кто-то из наших служителей?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Скажите, а в алтарь можно войти только через царские врата? Или есть еще какой-нибудь запасной вход-выход?

ПРОКЛ
Есть. Но он всегда закрыт на замок. Только сегодня был почему-то открыт. Может, хулиганы сломали замок вчера вечером?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А ключ у кого находится?

ПРОКЛ
У Олимпиады. Она теперь у нас привратница.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А кто до нее был?

ПРОКЛ
Петр Караченя. Недавно он уволился.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Он посвящен был или как?

ПРОКЛ
Из мирян. Но принял особое благословение дьякона Родиона.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А где он живет?

ПРОКЛ
Это вы у черницы спросите. Она его лучше знает.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Хорошо. Давайте вернемся к вопросу об алтаре. Туда ведь не каждый может войти?

ПРОКЛ
Это святая святых церкви. Там совершается таинство.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А не могли бы вкратце раскрыть некоторые детали сегодняшнего таинства?

ПРОКЛ
О них не принято говорить. Но вам… в общем, я пришел в церковь за час до литургии. Облачился, почитал особые молитвы. Затем возле жертвенника приготовил хлеб и вино. После этого…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А бутылку вы сами открывали?

Следователь агрессивно выдвигает вперед плечо.

ПРОКЛ
Да, сам. Не очень приятное, между нами говоря, занятие. Наши пробки…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Стоп!

Следователь почти привстает с табурета.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Какая это была пробка, и где она сейчас?

ПРОКЛ
Обычная, металлическая, без козырька.

Прокл пожимает плечами, гладит в задумчивости бороду.

ПРОКЛ (ПРОД.)
А вот куда я ее подевал? Впрочем, постойте. Я выкинул ее в дырку в оконном стекле, слева от жертвенника. Вчера вечером какие-то юнцы разбили окно.

Следователь молча кивает Лейтенанту, тот бесшумно скрывается за дверью. Гайсин следует за Лейтенантом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А пробка легко снималась?

ПРОКЛ
Трудно. Еле содрал ножичком.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А где пустая бутылка?

ПРОКЛ
Она была не пустая. Там оставалось около стакана. Я спрятал ее за жертвенником. Нельзя так делать, конечно. Видимо, дьякон нашел ее и допил. Из чаши он не мог. Это было бы уж слишком.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А кого-нибудь из своих служителей вы не заметили в алтаре? Во время литургии…

ПРОКЛ
Честно говоря, не до того было. Естественно, там мог оказаться кто-то из наших.

Лейтенант возвращается сияющий и протягивает Следователю на раскрытой ладони изогнутую пробку сиреневого цвета.

Следователь жадно хватает пробку, отходит к окну и подносит к прищуренным глазам. Чем-то не удовлетворившись, вытаскивает из портфеля складную лупу и снова смотрит на пробку. На его губах проклевывается победная улыбка.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Характерная дырочка от иглы!
(Лейтенанту)
Принеси пустую бутылку из алтаря.

ПРОКЛ
Вы хотите сказать, что яд в вино закачивали шприцем?

Прокл сжимает пальцами небольшую панагию на груди.

ПРОКЛ
Но зачем? Чтобы отравить дьякона Родиона? Не вижу смысла. Не та фигура.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вы правы. Думаю, мотивы и замысел у этого преступления более серьезные.

Следователь смотрит на Иуду рассеянным взглядом.
Лейтенант гордо несет зеленую бутылку. Держит за горлышко, обернутое носовым платком.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
(Олимпиаде)
Где хранилось вино?

Олимпиада подходит к топчану, покрытому лоскутным одеялом, и вытаскивает из-под него пустой пластмассовый ящик.

ОЛИМПИАДА
Сегодня последнюю бутылку отдала.

Следователь дает знак Лейтенанту забрать ящик.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Кто еще, кроме вас, знал, где находится вино?

ОЛИМПИАДА
Владыка знал. И тот же отец Родион…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А этот… Караченя?

ОЛИМПИАДА
Петенька? А как же. Он ведь сам полнехонький ящик сюда притащил со склада.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Когда он в последний раз был здесь?

ОЛИМПИАДА
Вчера, после обедни. Ему надо было какие-то дела утрясти в епархии. И ко мне заглянул. Баночку липового меда принес. Он любит гостинцы дарить.

Следователь проверяет задвижки на окнах.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Значит, у него была с собой какая-то сумка?

ОЛИМПИАДА
Черный портфельчик вроде чемоданчика.

ДЖИГУРДА
Дипломат? Вспомните: при Карачене вы куда-нибудь отлучались?

ОЛИМПИАДА
Петя сказал, что меня владыка просил зайти в епархию. Я пошла, но там отца Прокла не застала. Ушел, сказали, в комитет по делам религии.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Итак, вы отсутствовали минут десять-пятнадцать. Или больше?

ОЛИМПИАДА
Примерно десять… Я не замечала. Без часов хожу.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Потом вы вернулись. Что в этот момент делал Караченя? Или его уже не было?

ОЛИМПИАДА
Петя дождался меня. Сидел и листал четвероевангелие…

Олимпиада вздрагивает и невпопад крестится.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Расскажите о нем. Что он за человек?

Олимпиада глубоко вздыхает, приседает на короткую лавочку у стены и складывает на груди пальцы.

ОЛИМПИАДА
Петеньку я люблю, как сына. Он ведь рос без родительской ласки. В детском доме воспитывался. Оттого и потянуло его к Господу, яко к отцу родному. Искал у Всеблагого защиты и любви. Петю я давно заприметила в нашей церкви. Я вела с ним духовные беседы, кормила, подшивала одежонку. Потом он стал работать у нас сторожем. В армию его не взяли по здоровью. Готовился под опекой дьякона Родиона поступать в семинарию.

Иуда наблюдает за Олимпиадой с неприязненным любопытством.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Странности особого порядка за ним не водятся?

ОЛИМПИАДА
Для мирских мы все странные.

Олимпиада с вызовом смотрит на Следователя.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Может, он болел чем-нибудь? Депрессия, помрачения…

Олимпиада колеблется, боясь высказать.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
В ваших интересах рассказать мне всю правду, какой бы горькой она ни была. Иначе подозрение может пасть на вас. Для этого есть все основания.

ОЛИМПИАДА
Вчера, как только я вернулась из епархии, с ним содеялась эта самая… падучая. Листал Петя четвероевангелие и вдруг повалился с табурета, забился в судорогах, завыл. Я обмерла со страху. Потом укрепилась духом, взяла иконку Богородицы и стала читать над ним молитву от всякой порчи. А он дико захохотал и говорит каким-то чужим голосом: зови, мол, Искариота, я теперь только его боюсь… Я так и не поняла, к чему он про этого выкреста сказал. Прости Господи!

Олимпиада троекратно осеяет себя крестом. Все в комнате подавленно затихают. Прокл крестится и слегка опускает голову. Гайсин и Тимс стоят у дверей, как два сообщника, которых знание страшной тайны придавило своей тяжестью.

У Следователя блестит на лбу влажная испарина, он тупо смотрит на половицу, где пляшет солнечный зайчик.

Иуда сидит, нахохлившись, на стуле с оторванной спинкой.

Следователь твердым шагом подходит к резной этажерке. Берет с полки Евангелие с залоснившейся обложкой.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вы случайно не заметили, на каком месте прервал Караченя чтение Евангелия, когда случился припадок?

ОЛИМПИАДА
Припоминаю… Книга лежала на полу и была раскрыта на цветной картинке, где изображено, как Христос изгоняет беса из одержимого в стране Гадаринской, вот!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это там, где паслось стадо свиней? Вот это?

Иуда, Гайсин и Тимс подходят поближе, рассматривают иллюстрацию. Особенно впечатляют злобные оскалы свиней.

НАТ. СКАЛИСТЫЕ ПЕЩЕРЫ ВАДИ СЕМАК ДЕНЬ — ВОСПОМИНАНИЕ
Из скалистых пещер возле обрыва выскакивает одержимый в длинных грязных патлах и рваных лохмотьях, израненный острыми камнями и перепоясанный гремящей цепью. Безумец бросается с обломком горной породы на ЕГОШУА.

Егошуа стоит к одержимому спиной, созерцая местность.

Иуда замчает опасность и кидается наперерез. Ударяет безумца ногой в живот, а затем, едва не забивает до смерти — хотя бесноватый поразительно верткий и сильный.

ЕГОШУА
(с гневом)
Отпусти несчастного, Егуда, я бы и сам справился, не делая человеку больно…

Безумец снова бросаетсяся на Егошуа, но тот замораживает его на месте одним движением руки.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА ДЕНЬ
Следователь захлопывает книгу.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Может, у вас есть фотография этого Карачени?

Следователь стоит около простенка, разглядывает на фанерном щитке фотографии. Олимпиада подходит и ищет среди фотографий снимок Карачени.

ОЛИМПИАДА
Мой сосед Прохор сфотографировал нас с Петей на прошлую Пасху и отдал мне фотографию… Но где же фотка? Позавчера еще висела вот здесь, под карточкой покойной сестры!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Фотография была в единственном экземпляре?

ОЛИМПИАДА
Ой, нет! Еще одна есть, в альбоме.

Олимпиада лезет в комод. В ее движениях суетливость, на щеках проступают красноватые пятна. Разгребая содержимое комода, она отдергивает руки назад. Среди мешочков с лесными травами лежит медицинский шприц.

С помощью носового платка Следователь извлекает шприц и принюхивается к цилиндрику, где темнеет между иглой и поршнем остаток жидкости травянистого цвета.

ОЛИМПИАДА
О, Господи! Откуда он здесь?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это мы и хотели бы выяснить.

Следователь в комоде быстро перебирает холщовые мешочки с названиями трав. Находит, что искал, показывает Олимпиаде.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Цикута, или вех ядовитый… Надеюсь, эта травка ваша?

ОЛИМПИАДА
Моя. Что тут такого? Я делаю из нее порошочки против опухолей, против колик и всяких воспалений. Не для себя стараюсь — для людей.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
На этот раз вы, кажется, перестарались. Где вы траву достаете? И как готовите экстракт?

ОЛИМПИАДА
У меня есть свое место в осиннике за торфяным болотом. А готовлю просто: из свежих стеблей выжимаю сок, потом выпариваю его в глиняном горшке на слабом огне, все время помешивая.

Прокл мрачнеет, крепче сжимает на груди панагию.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Какой препарат сильнее: из свежей цикуты или из сухой?

ОЛИМПИАДА
Из свежей, конечно. Но им можно убить. И за свежей цикутой я уже давно не хожу, ноги болят. А сушеные листья зашиваю в полотно, размачиваю в кипятке и прикладываю к больному месту как припарку. Очень помогает!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Мы в этом убедились…
Скажите, а Караченя знал, что у вас есть цикута?

ОЛИМПИАДА
А как же! Я вылечила его этой травкой от колик в животе. Он был мне очень благодарен.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Оно и видно… Вы все же альбомчик разыщите, хотелось бы взглянуть на вашего сироту.

ОЛИМПИАДА
Так вы что думаете, это Петенька?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Я ничего не думаю! Пока что все факты против вас.

Следователь выдвигает последний ящик комода. На ворохе катушек с нитками лежит пухлый семейный альбом. На фотографии Олимпиада оживленно разговаривает с Караченей.

ИУДА
А ведь это Петруха по кличке Зелот. Он был в тот первый вечер у Марсальской в особняке.

НАТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ ДЕНЬ – ВОСПОМНАНИЕ
Заходя в дом, Олимпиада сталкивается в дверях с Караченей. У него за спиной старый рюкзак, связка книг в одной и рук.

КАРАЧЕНЯ
Не хочу вас стеснять, переезжаю в другое место.

ОЛИМПИАДА
Где же ты будешь жить, Петенька?

КАРАЧЕНЯ
Отыскались дальние родственники.

ОЛИМПИАДА
Возьми с собой хоть немного бессмертника и душицы. Давай-ка заверну…

Олимпиада отходит в сторону кухни, где сушатся травы.

КАРАЧЕНЯ
Теперь я перехожу на другие травы.

Олимпиада подбегает к дверям и смотрит вслед Карачене.

ОЛИМПИАДА (ЗК)
А как-то, придя в гости, Петенька ненароком обронил, что у его новой хозяйки чай пахнет ночным лесом и влажной шерстью только что убитого зверя.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

3 СЕРИЯ

НАТ. ДВОР ЯДВИГИ ДЕНЬ

Во дворе, обнесенном жердяным забором, лежит огромный лохматый пёс — НЕРОН. При появлении Следователя, Лейтенанта, Иуды, Гайсина и Тимса он зевает с ленивым подвывом и подбегает к гостям. Нерон ластится в ногах у Гайсина. Гайсин вытаскивает из кармана сладости и бросает их псу в пасть.

Допотопная избушка. На крутое крылечко выходит косматая старуха с вишневой клюкой – ЯДВИГА. Ядвига подносит к бровям ладошку и чертыхается грубым прокуренным голосом. Хватает подбежавшего Нерона за ошейник, бъет его клюкой.

ЯДВИГА
Нерон! Лежебока, волчья сыть, травяной мешок! Хотя бы раз тявкнул на чужих! А вдруг они пришли меня ограбить или убить? А то и просто изнасиловать. Посмотри, какие у них рожи хитрые. Вот посиди у меня теперь в неволе без еды и питья…

Ядвига гремит цепью возле дощатой будки, пристегивает Нерона, замахивается на него клюкой. Поворачивается к гостям, уткнув кулаки в бока.

ЯДВИГА
Ну, архаровцы, зачем пожаловали? Интервью брать под дулом пистолета?

Гайсин и Тимс смущенно улыбаются. Ядвига по-собачьи принюхивается, гадливо гримасничает и машет руками.

ЯДВИГА
Фу, какая гадость! От вас ладаном тащит. Ой, меня стошнит сейчас! Так же пахло от моего квартиранта в первый день.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Нам он как раз и нужен.

ЯДВИГА
Не знаю, где его леший мотает…

Ядвига поднимается на крыльцо.

ЯДВИГА (ПРОД.)
Обещал принести хлеба и крупы. И сгинул.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ УТРО
На подоконнике сохнут пучки вербены, кориандра и ясенца. На печи лежит черный кот. На корявом суку дремлет сова. В углу, за кованым сундуком, жует жвачку козел МИТРОФАНОВ.

Березовое помело лежит на сундуке. Рядом стоит дубовая чурка, на которой лежит нож с черной рукояткой, неглубокая липовая чаша, малиновый шелковый шнур, гладкая ореховая палочка с пустой сердцевиной и вырезанной пентаграммой.

Не спрашивая разрешения, Следователь берет нож и внимательно осматривает — на рукоятке бледно проступают три шестерки.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не ты ли, карга, их нацарапала?

ЯДВИГА
(напрягая зрение)
Впервые вижу. Может, квартирант? Он у нас грамотный.

Следователь проводит пальцем по затупленному лезвию.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Почему он у тебя живёт?

Ядвига пристально смотрит на Иуду.

ЯДВИГА
Внучка моя, Ираида, попросила приютить. Сирота, дескать. А я женщина сердобольная. Мне он не мешает.

Следователь откладывает нож на дубовую чурку.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не знал, что Ираида Кондратьевна приходится вам внучкой.

ЯДВИГА
Многие на острове мне родней приходятся. Может, и квартиранта кто-нибудь из моих нагулял, а после в детдом подбросил. Ираиде я тоже советовала избавиться от мальчонки.

Ядвига подходит к окну.

ЯДВИГА
Вон он шлёндает по двору, ищет, кому бы жилку перекусить… Уж больно противный головастик!

Иуда смотрит в боковое оконце и примечает в косой тени за поленницей дров Геру.

НАТ. ДВОР ЯДВИГИ ДЕНЬ
Гера подкрадывается к гусыне. Чревовещает на языке птицы, она отвечает на призыв. Гера прыгает с растопыренными пальцами и неудачно приземляется, стукается о полено. Успевает вырвать из крыла птицы длинное перо.

В ярости Гера перекусывает перо и сплевывает под ноги. Пробует заплакать, усиленно морщится, но не может выжать из себя ни слезинки. Пинает корыто и бредет в избу.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ ДЕНЬ
Гера заходит избу, напыживается при виде гостей.

ГЕРА
Пришли арестовывать Зелота?

Следователь растерянно переглядывается с Лейтенантом, придвигает к себе Геру за плечики и заглядывает в глаза.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А почему ты так решил?

Гера небрежно отстраняется.

ГЕРА
А я вчера днем слышал, как он кричал во сне: «Это не я убивал!». Жалко паренька. Он действительно не виноват.

ЯДВИГА
Это кто ж на тебя так подействовал, жалостливый ты мой?

Гера кивает головой в сторону Иуды.

ГЕРА
Да вот этот человек. Иуда Искариот. Он якобы тоже не виновен…

Гера всезнающе хихикает, довольный собой.
У Ядвиги изумленно расширяются влажные глаза.

ЯДВИГА
Искариот? Ай да какой гостюшка к нам пожаловал! То-то я чую, что ладанный дух тебе не идёт. Где ж ты его мог подцепить?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
(отрывисто Ядвиге)
В какой комнате живет квартирант?

ЯДВИГА
Живёт? Да он не живёт, а мается. Это я живу и радуюсь.

Ядвига указывает клюкой на тесный проем в боковой стене, занавешенный черной шторкой.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ КОМНАТА КАРАЧЕНИ ДЕНЬ
Полутёмная клетушка. Прогнувшийся пол с рыжим груботканым половиком, тахта, круглый стол, заваленный эзотерическими картами, книгами и гороскопами.

Со стен скалятся запыленные чучела диких зверей. Над тахтой нависает темный металлический крест с распятием, перевернутый вверх ногами.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Это он так повесил крест? Или ты, бабка?

ЯДВИГА
Нешто я буду вешать такое на стенку?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Просил ли тебя квартирант приготовить ему отвар из цикуты?

ЯДВИГА
Из веха, что ли? Я, милый, уже завязала с этой травкой. Больно далеко ходить.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А внучка твоя?

ЯДВИГА
Ираида? Откуда я знаю? У неё и спрашивай.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Из чего же ты яды готовишь?

ЯДВИГА
Яды? Упаси Бог! Я лечу людей, а не убиваю. Ты же знаешь, начальник, я — Хранительница Тотэмоса.

Иуда обиженно смотрит на крест.

ИУДА
Хранить вам его недолго. Через месяц острова не будет…

У Ядвиги закрывается левый глаз, а правый, круглый как у совы, остро нацеливается на Иуду.

ЯДВИГА
Не будет? Это, голубь, Андроны едут! Не серди бабушку, сынок. А то никогда больше не увидишь Марию. Без моей помощи…

Иуда и Следователь удивленно замирают, смотрят друг на друга, а потом — на Ядвигу.

Во дворе хлопает калитка. Робко гавкает Нерон.

ЯДВИГА
Вот и неприкаянный наш. Почему-то мой пёс невзлюбил его. Боится, видать!

Ядвига суетливо ковыляет на кухню.

Следователь стискивает ручку портфеля и останавливает жесткий взгляд на Иуде.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Оставайтесь здесь. Когда я вас позову, сразу выходите. Но будьте собраны и серьезны, как ваш равви. Уразумели?

Иуда пожимает плечами и присаживается на тахту.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ ДЕНЬ
Караченя замирает на пороге при виде Гайсина, Тимса и Лейтенанта. Выкладывает на стол из сумки бумажные пакеты с крупой и две буханки хлеба с ощипанными краями. Ядвига хватает хлеб, нюхает и блаженно зажмуривается.

ЯДВИГА
Сколько же в нём всего намешано, в хлебушке нашем!

КАРАЧЕНЯ
(наигрыш в голосе)
У нас гости, бабуля?

Следователь выходит из задней комнаты.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Присядьте, Петр Гавриилович!

Следователь властно указывает на табурет.

СЛЕДОВАТЕЛЬ (ПРОД.)
Кстати, почему Гавриилович, а не, допустим, Тимурович? Вы ведь, насколько я знаю, подкидыш, круглый сирота?

КАРАЧЕНЯ
Круглым даже дурак не бывает. А на этой земле каждый — сирота. Вы, вот, разве нет?

Караченя отламывает кусок хлеба и жадно жует.

КАРАЧЕНЯ (ПРОД.)
Насчет отчества история простая: неизвестная женщина позвонила, спустя месяц после того как меня подкинули, в детдом и сказала, что моего отца зовут Гавриил.

ЯДВИГА
Так, может, начальник, ты и есть его отец? Вспомни-ка грехи своей молодости!

Следователь придирчиво смотрит на Караченю. Бросается в глаза их явная внешняя похожесть. Караченя смотрит на Следователя с холодным любопытством и так же откровенно смущается.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Почему вы ушли из нашей церкви?

КАРАЧЕНЯ
Разочаровался. А что, не имею права? Я понял, что там обманывают людей, сковывают их дух. Бог всегда больше церкви и больше Христа!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Выходит, он всё-таки есть? И ты в него веришь?

КАРАЧЕНЯ
Верю. Но Он вовсе не такой… Он могучий, многоликий и страшный. Его не касается добро и зло. Он дает только свободу и взамен не требует любви, а жаждет поступка и воли!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
То есть, твой Бог не чурается жертвоприношений?

Следователь смотрит на Караченю поверх тонкой дужки очков.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Напомни мне число зверя.

КАРАЧЕНЯ
(дергается веко)
А вам оно зачем?

Следователь берет с чурки нож и указывает на рукоятку.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Твоя работа? Только честно.

КАРАЧЕНЯ
(рот кривится)
Допустим. И что из этого? В чём тут преступление?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не прикидывайся овечкой! Точно такие цифры обнаружены на рукоятке другого ножа. Им был убит сектант Вениамин Кувшинников… На том ноже ты оставил отпечатки своих пальцев.

Караченя вскакивает с табурета, гневно сжимая кулаки.

КАРАЧЕНЯ
Ложь! Там не могло быть никаких отпечатков!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Откуда ты знаешь, что не могло быть? В перчатках работал? Напряги память и вспомни: где ты был восемнадцатого числа этого месяца, в четверг, с шести до восьми вечера?

КАРАЧЕНЯ
Ничего я вам больше не скажу!

Караченя садится и с ожесточением набивает рот мякишем.

ГЕРА
В четверг восемнадцатого? Разве ты забыл, Зелот, что в тот день и в указанное время мы решали одну хитрую задачку по математике? Из пункта «А» вышел человек и зашагал в пункт «Б». Шёл путник, никуда не сворачивая, однако, когда пришел в пункт «Б», ему сказали: здесь такого пункта нет, и никогда не было, и быть не могло, он совсем в другой стороне – а может, и на другой планете, но где точно, никто не знает. Что делать? Назад идти или попытаться переубедить всех, что это и есть пункт «Б»?

ЯДВИГА
Ай да внучек! Ай да головастик! Какая память!

Караченя смотрит на Ядвигу с растерянной усмешкой. Кисти его рук беспокойно вздрагивают на коленках.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Хватит комедию ломать! Ты хоть знаешь, Петр Гавриилович, что означает твоя кличка: Зелот?

КАРАЧЕНЯ
Были такие патриоты в древней Иудее.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Правильно. Были. Первый зелот Маттафей убил еврея за то, что тот приносил жертвы идолам. А потом зелоты превратились в обыкновенных разбойников. Им просто нравилось убивать. Уже без всякой идеи. Кто дал тебе эту кликуху?

Караченя мешкает с ответом.

КАРАЧЕНЯ
Какая вам разница?! Никто! Я сам себя так назвал.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Врёшь. Кто-то с умыслом сделал это. Подставил тебя, дурачка. Кто?

ГЕРА
Я первый придумал.

Гера поправляет рукой с оттопыренным мизинцем панамку.

ГЕРА (ПРОД.)
Однажды у мамы собрались гости, заспорили о христианстве, а яростней всех спорщиков был Петруха. Тогда я и сказал, что у него повадки зелота, сикария. Все засмеялись, а некоторые задумались.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Кто эти некоторые?

ГЕРА
А те, кто стали потом называть его Зелотом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вениамин Кувшинников тогда был жив?

ГЕРА
Жив. В него тогда ещё не вселился дух Иуды Искариота…

Караченя вскакивает с табурета, пытается бежать.
Лейтенант не дает Карачене сбежать, усаживает за стол.

Следователь извлекает из портфеля бутылку из-под кагора, наполовину заполненную гранатовым соком, наливает сок в кружку.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Пей!

Караченя хватает кружку и подносит к губам, но вдруг останавливается, ещё раз смотрит на бутылочную наклейку.

КАРАЧЕНЯ
Что вы мне подсунули? Зачем?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Не бойся. В этой чаше вино от привратницы Олимпиады. Она угостила, последнюю бутылку не пожалела, из ящика под топчаном вытащила… Угостите, говорит, моего Петеньку, пусть за всех нас причастится!

Побледневшее лицо Карачени искажает судорога страха — он отбрасывает от себя кружку, та летит в морду козлу. Козел блеет, ударяет рогами в дверь и выскакивает на крыльцо.

В избушку заходит Валет — в длинном плаще, широкополой шляпе, больших очках, с окладистой бородой – все это черного цвета. Напряженная пауза.

ВАЛЕТ
Дай мне чего-нибудь от живота, бабушка. Поносом маюсь.

ЯДВИГА
Какой же тебе травки дать, болезный ты мой? Может, зверобойчику? Или сухой черноплодной рябины?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Дай ему цикуты, которой вчера умертвили дьякона Родиона, настоящего отца братьев Кувшинниковых!

Немая сцена. Валет перестает изображать легкий приступ язвы и распрямляется во весь рост.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Появись, Иуда Искариот!

В проеме двери появляется

ИУДА.

Караченя с обморочным вскриком падает ничком на пол: из груди слышны бессвязные хрюкающие звуки. По-пластунски ползет в сени.

Лейтенант хватает Караченю за шиворот и оттаскивает в угол. Следователь держит Валета под прицелом пистолета.

ИУДА
Чего делать-то, начальник?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Беса изгоняй, болван! Ты же ученик Христа. Чему он вас там учил?

ИУДА
У меня и при Нём не получалось. Биопсихика не та. Даже у Симона-зелота выходило пару раз, а я не мог.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Должен смочь! Попробуй! Соберись, бездарь! Выкинь баб из головы…

Следователь бросается на помощь Лейтенанту, который с трудом удерживает обезумевшего Караченю.

Караченя вырывается, прыгает на Иуду и сбивает того с ног — скрюченные пальцы тянутся к горлу.

КАРАЧЕНЯ
Ну что, Искариот, теперь ты вспомнил меня? Я был в том, чью руку ты отвёл от Иисуса. Один из тех, что уцелели и не утонули вместе со свиньями в бездне Аввадона. Я и в тебе побывал. Вспомнил?

Ребрами ладоней Иуда ударяет Караченю по почкам. Караченя воет, прогибается в пояснице и падает на бок.

Лейтенант приставляет дуло пистолета к виску Валета.
Иуда срывает перевернутый крест со стены и тыкает распятием в посиневшие губы Карачени.

ИУДА
Целуй, гад, пробитые ноги раввуни!

Корчась от боли, Караченя сипло смеется.

КАРАЧЕНЯ
Я не целую железо, идиот. На меня оно не действует. Лучше прикажи выйти из тела этого сопляка. Он мне уже надоел. Хочу теперь Нероном побыть!

ИУДА
Тогда вставай на колени, пес приблудный.

Караченя, держась за бока, чуть приподнимается с пола и встает на колени. Иуда пристально смотрит ему в глаза.

ИУДА
Именем Сына Божьего, Иисуса Христа, повелеваю тебе, дух нечистый и безродный, изыди вон!

Караченя задирает в потолок подбородок, вытягивает шею, воет и бьется в конвульсиях. Над половицами со свистом пролетает круглый серый шар.

НАТ. ДВОР ЯДВИГИ ДЕНЬ

Шар проходит сквозь двери избушки и плывет по двору в собачью будку. Грозно рычит Нерон, лязгает сорванная цепь, заполошно гогочут гуси.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ ДЕНЬ

В избу влетает испуганный козел. Валет отшвыривает Лейтенанта к окну, а Ядвига бросает шелковый шнур поперек кухни и три раза плюет на него, бормоча что-то себе под нос.

Шнур разворачивается в воздухе ленточной змеей и отрезает команду Следователя от команды Ядвиги. Ядвига сует два пальца в рот и свистит. С головы Валета слетает шляпа.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А вот и Яков Кувшинников. Тоже воскрес.

Следователь безуспешно пытается переступить через колдовской шнур: ноги и руки наталкиваются на невидимое препятствие.

На пороге возникает Нерон: пепельная шерсть на загривке стоит дыбом, из оскаленной пасти капает кровяная пена.
Валет смеется, натягивает шляпу, прыгает на спину Нерона и цепляется в кожаный ошейник. Пес прыгает в открытые двери.

Гера выбегает во двор. Следователь и Лейтенант отчаянно жестикулируют, нелепо топчась возле малинового шнура.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Убери веревку, карга! За решетку захотела?!

НАТ. ДВОР ЯДВИГИ ДЕНЬ
Ядвига выходит на крыльцо, провожает Валета взглядом из-под ладони.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ ДЕНЬ
Ядвига заходит в избу, плюет три раза на шнур, поднимает его и бросает на дубовую чурку.

НАТ. ДВОР ЯДВИГИ ДЕНЬ
Следователь и Лейтенант выскакивают из избушки во двор, чтобы убедиться в бесполезности погони.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ ДЕНЬ
Ядвига подходит к Иуде и жмет ему руку.

ЯДВИГА
За Нерона огромное тебе спасибо! Теперь ни один бандит не страшен.
(подмигивает)
А Машку мы найдем. Но после меня…

Вбегает Следователь, сует Ядвиге под нос ствол пистолета.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Я тебя в тюрьме сгною за пособничество преступникам! Зачем сюда Яшка Кувшинников приходил? Где Валет прячется? Ведь он в розыске, дурья голова! Хотя и в мертвых числится.

ЯДВИГА
В мертвых? Это как? Разве сотворённое Богом бывает мертвым? Погляди на Иуду. Про него всякое болтали: он будто бы и повесился, и от водянки лопнул, и разъялось, мол, чрево его, и выпали все внутренности — а он жив-здоров, и мое зрение радует.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
И ты, ведьма, веруешь?

ЯДВИГА
А как же! Разве ты не знаешь, откуда мой род пошел? Библию надо читать, а не только уголовный кодекс.

Ядвига указывает клюкой в сторону Гайсина и Тимса.

ЯДВИГА
Учись у местных стихоплетов — они в этом доки.

Следователь сует пистолет в маленькую кобуру под мышкой.

ЯДВИГА (ПРОД.)
Они уже знают, что моя прародительница была женой одного из сыновей Божьих: Акибиила, Амацарка, Армерса или Баркояла — кого-то из них. Они-то и научили своих жен всякому колдовству, травному ведовству и заклинаниям.

Ядвига, лукаво усмехаясь, берет с дубовой чурки ореховую палочку, шепчет над ней что-то, трет ею слегка поседевшие виски Карачени, бездыханно распластавшегося на полу, и трижды дует в глаза, в ноздри и в отверстый рот.

ЯДВИГА
Хватит валяться, сынок. Поднимайся. А то новая нечисть залетит и семь других с собой приведет.

Караченя моргает, от души чихает и медленно, с тоскливым стоном, поднимается. Его очищенные глаза удивленно и виновато оглядывают всех. Со лба сошли гнойные прыщики, под глазами и возле носа разгладились злые морщинки.

ЯДВИГА
Ну, прямо девушка! Как же он тебя так быстро окрутил?
(грозит пальцем)
Тебе, парень, не демонов надо бояться, а самого себя. Вижу я на твоём донышке одну закавыку-загогулину!

С выражением неловкости на лице Ядвига оборачивается к Следователю.

ЯДВИГА
Может, чайку напоследок попьешь, начальник?

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Вздумаешь нас отравить, так тебя на костре сожгут.

Ядвига ковыляет в чулан.

ЯДВИГА
Я уже прошла через это. Тысячу лет меня жгли, а я из огня целой выходила, как трое иудейских юношей из печи Навуходоносора.

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ КОМНАТА КАРАЧЕНИ ДЕНЬ
Караченя, Следователь и Лейтенант приседают за круглый стол. Следователь брезгливым движением отодвигает в сторону магические таблицы с гороскопами.

Гайсин и Тимс садятся на тахту. Иуда вешает распятие.

Караченя искоса смотрит на крест, и глаза его печально туманятся. Он сидит поникший и расслабленный.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Ты хоть понимаешь, что натворил? Не беса же нам, в конце концов, сажать за решетку! Почему он выбрал именно тебя? Попытайся разобраться.

Караченя вздыхает, разглядывая свои руки с отвращением.

КАРАЧЕНЯ
Зачем? Всё равно я не хочу жить.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Наш суд, конечно, пойдет тебе навстречу. Даже если эти два журналиста выступят в твою защиту в качестве свидетелей. Но, во-первых, они не выступят — побоятся…

ТИМС
Обижаете, Гавриил Павлович!

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Ну, допустим, согласитесь. Но что это изменит? Наша островитянская общественность обязательно потребует публичной казни. Приговор постараются привести в исполнение немедленно, и надеяться на помилование в честь следующего дня рождения Великого Учителя не приходится…

КАРАЧЕНЯ
Тем лучше.

В избу воровато проскальзывает Гера со шкодливым и возбужденным выражением лица. В уголке его губ прилепилось перышко. Гера шмыгает по дощатой приступке на печь.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А ты, Караченя, не пробовал искать родителей?

Караченя смотрит на Следователя в полном недоумении.

КАРАЧЕНЯ
Пробовал. Выписал из данных адресного бюро фамилии всех мужчин с именем Гавриил. Кажется, в этом списке были и вы. Побывал у двоих дома и бросил это занятие. У первого меня чуть не побили: подумали, я жулик и претендую на наследство. У другого — жена устроила скандал: она, мол, знала, что рано или поздно измены мужа кончатся этим.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А та женщина больше не звонила в детдом?

КАРАЧЕНЯ
Она приходила… Это было давно.

Следователь поправляет под мышкой кобуру.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А ну расскажи подробней.

НАТ. ДВОР ДЕТДОМА ДЕНЬ — ВОСПОМИНАНИЕ
Караченя (одиннадцать лет) выходит из дверей детдома, видит в беседке нищенку в обносках, с испитым лицом -ВЕРА.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
Мы играли в спортзале детдома в настольный теннис, когда прибежал мой друг и сообщил, что во дворе меня ждёт одна женщина, то ли пьяная, то ли чокнутая…

Караченя подходит к Вере, молча садится напротив. Вера плачет, обнимает Караченю, целует.

ВЕРА
Я родная сестра твоей матери… Она умерла. Прости ее, в жизни, всякое случается.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ КОМНАТА КАРАЧЕНИ ДЕНЬ
Караченя, Следователь и Лейтенант сидят за круглым столом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Как её звали? Не сказала?

КАРАЧЕНЯ
Надя или Вера. Не помню. Я уже давно не был на её могилке.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Значит, её больше нет?

Следователь промокает платком заблестевший лоб.

КАРАЧЕНЯ
Однажды позвонили из больницы в детдом и передали, что скончалась моя тетка. На похоронах были одни бродячие старушки да могильщики. Быстренько закопали и поставили деревянный крест. Всё за казенный счет.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А какие-нибудь приметы этой женщины запомнил? Вот здесь, над левой бровью, шрам был?

КАРАЧЕНЯ
Может, и был. Вам-то зачем? Мне больше запомнилось Евангелие, которое она подарила. Маленькая такая книжица, с ладошку.

ИНТ. ХРАМ ВЕЧЕР — ВОСПОМИНАНИЕ
Караченя (одиннадцать лет) в церкви на службе, крестится и кланяется вместе с другими прихожанами.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
Тетка та сказала, чтобы я хранил книгу и читал каждый день. Из неё, мол, я узнаю, кто мой настоящий отец. Мне было мало лет, я любил тайны и загадки. Быстро прочитал книжку от корки до корки, но так и не понял, кто мой отец. Снова принялся за чтение. Пока наконец не дошло…

ИНТ. ДЕТДОМ КОРИДОР ДЕНЬ
По коридору идут воспитательница и директор, вокруг них несколько мальчишек, что-то рассказывают наперебой.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
С тех пор и пошло всё наперекосяк.

ИНТ. ДЕТДОМ СПАЛЬНЯ ДЕНЬ
Воспитательница, директор и один из мальчиков заходят в спальню. Караченя, увидев вошедших, вскакивает с кровати и стоит, опустив голову.

Воспитательница ругает Караченю, грозит пальцем. Начинают обшаривать тумбочку и постель. Ничего не находят.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
Стыдили, ругали, велели отдать вредную книгу, чтобы я других не заразил. Но я и не собирался отдавать. Это было единственное, что принадлежало лично мне. Самое дорогое и ценное, что у меня было.

Мальчик дергает директора за полу пиджака, тот оборачивается. Мальчик что-то шепчет ему на ухо.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
А лучший друг выдал: нашли книгу за пазухой, под ремнем.

Директор обращается к воспитательнице. Воспитательница обыскивает Караченю, поднимает рубашку и находит Евангелие, передает директору.

Директор и Воспитательница уходят. Караченя кидается на мальчика с кулаками.

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
Все считали, что надо спасать меня, что я предал Великого Островитянина, которому обязан своим счастливым детством.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ КОМНАТА КАРАЧЕНИ ДЕНЬ
Караченя, Следователь и Лейтенант сидят за круглым столом.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А эта чертовщина с чего началась?

Караченя обхватывает плечи руками.

КАРАЧЕНЯ
Трудно сказать, с чего…
Я сбежал из детдома. Решил в обитель податься, к старцу Филиппу. Но не дошел до скита — провалился в катакомбы. А там уже познакомился с Валетом и Пиковой дамой.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Что за дама? Не Марсальская ли?

КАРАЧЕНЯ
Она. Ираида Кондратьевна. Я влюбился в неё. А там: таинственная обстановка, мистические книги, ворожба, танцы, волшебные напитки. По сравнению с детдомом — сказка, свобода, Эдем. Так я наслаждался больше месяца, а меня в это время по всему острову разыскивали. Но однажды на базаре я столкнулся с воспитательницей, и она позвала патрульного. Отправили опять в детдом.

Караченя трет виски дрожащими пальцами.

КАРАЧЕНЯ (ПРОД.)
Там уже был новый директор, более мягкий и хитрый. Сделал для меня исключение: разрешил ходить в церковь по праздникам, однако с условием, чтобы никто из детдомовцев не видел и не слышал: загнивай, дескать, в одиночку.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А с этими… пещерниками больше не встречался?

КАРАЧЕНЯ
Потом уже. После поросенка.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
После чего?

КАРАЧЕНЯ
Был у Олимпиады симпатичный поросенок. Я его прозвал Валаамчик. Быстро привязался к нему. Можно сказать, мы взаимно полюбили друг друга.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА 2 НОЧЬ — ВОСПОМИНАНИЕ
Караченя рассматривает на странице Евангелия иллюстрацию: «Христос изгоняет беса из одержимого в стране Гадаринской».

КАРАЧЕНЯ (ЗК)
Зачем он пошел на поводу у нечисти? Почему в свиней, а не в жаб или в скорпионов? Только потому, что это некошерное животное? Но ведь свинью Бог тоже для чего-то сотворил? Не для бесов же! И в чем вина свиней, безгласных и не знающих добра и зла? Они ведь ради людей собой жертвуют, для них живут. Простые люди из страны Гадаринской остались без мяса. Это жестоко. Ведь Он знал, что делал.

Караченя откладывает Евангелие, встает возле окна под открытой форточкой, смотрит на луну. Широко зевает, вдруг к нему в рот со свистом залетает что-то круглое, похожее на дым. Караченя кашляет, пьет святую воду, ему хуже.

ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КОМНАТА 2 НОЧЬ — ПОЗЖЕ
Во сне Караченя ворочается, скрепит зубами, умоляет оставить его, хохочет и плачет.

НАТ. ДВОР ОЛИМПИАДЫ УТРО
Караченя выходит на крыльцо и видит поросенка, смотрит на него с ненавистью, злится. Поросенок, увидев Караченю, верещит и прячется в сарае.
ИНТ. ДОМ ОЛИМПИАДЫ КУХНЯ УТРО
Караченя забегает на кухню, хватает нож, выбегает во двор.

ИНТ. САРАЙ ОЛИМПИАДЫ УТРО
Караченя ловит поросенка, поднимает нож. Истошный поросячий визг. Нож поднимается и опускается, брызги крови. Безумный хохот Карачени.

КОНЕЦ ВОСПОМИНАНИЯ

ИНТ. ИЗБУШКА ЯДВИГИ КОМНАТА КАРАЧЕНИ ДЕНЬ

Следователь прохаживается по комнате, разглядывая исподлобья чучела зверей.

КАРАЧЕНЯ
Потом я ушёл в катакомбы.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Кому принадлежала идея убить Кувшинникова?

Следователь переглядывается с Лейтенантом.

КАРАЧЕНЯ
Вы уже говорили. Час назад.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Нож с тремя шестерками он тебе дал?

КАРАЧЕНЯ
Подарил. На день рождения. За несколько дней до убийства.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Зачем?

КАРАЧЕНЯ
Трудно понять. Смутные намеки на некое предначертание, на возмездие за младшего брата, на вторую руку Сущего…

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А дьякон Родион под эту же руку попал?

КАРАЧЕНЯ
Он погиб случайно. Предполагалось, что после отравления прихожан вином, подозрение падет на всю честную церковь. Мы рассчитывали, что начнутся волнения среди верующих, многие не захотят больше причащаться. А без причастия церкви нет.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
А это чья идея?

КАРАЧЕНЯ
Моя… Марсальская после убийства сектанта-иеговиста начала относиться ко мне всерьез. Поэтому я из кожи вон лез, чтобы ещё раз отличиться. Но весь план отравления мы разработали вдвоём с Валетом. Марсальская к нему не причастна. А мысль о цикуте мне подал Искариот. В первый же вечер, когда сравнил самогонку с этим ядом.

Возле Карачени Следователь останавливается и смотрит на Иуду.

ИУДА, прислонившись к косяку, задумчиво наблюдает за Ядвигой, заваривающей чай.

Следователь садится за стол. Облокачивается на столешницу, опирается виском о кулак и вздыхает.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
И, тем не менее, всё это недоказуемо.

ГАЙСИН
У нас есть доказательства.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
Какие?

ИУДА, что ли? Он сам в них нуждается.

Гайсин вытаскивает из кармана пиджака диктофон.

СЛЕДОВАТЕЛЬ
(смеется)
Ну и хитрецы. С вами надо ухо держать востро… А ну-ка, прокрутите.

Гайсин перематывает пленку и нажимает на красную клавишу. Долгое и пустое шуршание магнитофонной ленты.

ИНТ. КВАРТИРА ТИМСА КУХНЯ ВЕЧЕР
Гайсин, Тимс и Иуда сидят в кухне за столом с напитками и закусками, пьют водку и вино, разговаривают, смеются.

ИУДА
Да, мои друзья-летописцы: это была несравненная Мария из Магдалы… Та самая Магдалина, которая первая известит человечество о том, что Христос воскрес.

Иуда выпивает красное вино из стакана.

ИУДА
Только без вранья. С меня достаточно Левия-Матфея…

ГАЙСИН
Клянемся быть добросовестными в слове.

Иуда наливает водки в свой стакан, выпивает ее одним глотком — и резко поднимается из-за стола.

ИУДА
У меня на сегодня назначена встреча с Вениамином Кувшинниковым.

Гайсин и Тимс встают из-за стола.

ИНТ. КВАРТИРА ТИМСА ПРИХОЖАЯ ВЕЧЕР
Гайсин и Тимс закрывают двери за Иудой.

ИНТ. КВАРТИРА ТИМСА КУХНЯ ВЕЧЕР
Гайсин и Тимс бросаются к магнитофону, спрятанному под газетой на тумбочке, рядом с накрытым столом.

ГАЙСИН
Запись в полном порядке.

ТИМС
На самом верху к нам благоволят, и, может быть, даже поощряют. Ведь им ничего не стоило уничтожить следы состоявшейся уникальной беседы.

НАТ. КЕРИОФ ДЕНЬ
Пейзажи. Селение. Дом Иуды.

ТИТР: Селение Кериоф-Йарим, Древняя Иудея.

ИУДА (ЗК)
Мать моя работала посудомойкой в старой харчевне. Отец сторожил зернохранилище, высеченное в скале, а потом стал кантором в синагоге.

ИНТ. ДОМ ИУДЫ ДЕНЬ
Серьезный крупный мужчина средних лет заходит в дом через кухню — ОТЕЦ. В руках у него ивовый прут.

ОТЕЦ
Где этот лентяй!? На него опять жаловались.

МАТЬ – веселая полная женщина.

МАТЬ
Оставь его, Симон. Иуда слишком здоровый и веселый мальчик для Талмуда.

ОТЕЦ
Молчи, женщина. Я устал краснеть за него перед нашими соферимами.

Отец проходит в соседнюю комнату. ПОДРОСТОК Иуда вскакивает с циновки, пытается увернуться и проскользнуть мимо Симона, но тот его ловит и начинает порку.

НАТ. КЕРИОФ СИНАГОГА УТРО
Отец и ПОДРОСТОК Иуда подходят к синагоге.

ИУДА (ЗК)
Когда мне исполнилось двенадцать лет, отец представил меня собранию в синагоге в одну из суббот — называлась она Саббит тефиллин. Отныне я должен был развиваться в нисама — разумную душу.

ОТЕЦ
Теперь с тобой будут обращаться как с взрослым… Ты уже выбрал себе ремесло для независимого существования?

ПОДРОСТОК ИУДА
Не знаю, отец, я пока еще думаю.

ОТЕЦ
Думай скорее, тебе уже пора определиться… Только попробуй опозорить меня перед собранием, негодник.

НАТ/ИНТ. ЕРШАЛАИМ ХРАМ ДЕНЬ
Подросток Иуда с Отцом идут в Храм. Подросток Иуда рассматривает все с изумлением. Роскошный Вавилонский занавес, затканный золотыми розами, сверкающие одежды священников.

ИУДА (ЗК)
В том же году отец взял меня впервые в Ершалаим.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ХРАМ ВЕЧЕР
Подросток Иуда с отцом стоят на паперти, в большом дворе для мужчин, слушают учителей-левитов.

В толпе, рядом с собой, Подросток Иуда замечает нищего, в грязном плаще из верблюжьей шерсти с капюшоном —

ЛЕГИОНЕР. Лицо явно не иудейское, шрам на щеке.

ОТЕЦ
Чем тебя так заинтриговал этот амгааретц?

ПОДРОСТОК ИУДА
Вчера я любовался римским воином, у которого было такое же лицо: он стоял у городских ворот на часах.

Отец смотрит на нищего уже пристальней. Легионер беспокойно оборачивается, вздрагивает, рука его медленно тянется к животу. Отец хватает нищего за плечо.

ОТЕЦ
Что ты тут делаешь, римская ищейка, чего вынюхиваешь?

Легионер пытается вырваться, но у отца железная хватка. Легионер вытаскивает из-за пазухи кривой нож, наносит отцу смертельный удар в грудь и растворяется в толпе.

ИНТ. ДОМ ИУДЫ НОЧЬ
МОЛОДОЙ Иуда у постели умирающей матери, держит ее за руку.

МОЛОДОЙ ИУДА (ЗК)
Мать моя спустя короткое время тоже отправилась в подземный шеол, чтобы отдохнуть до Божьего Суда. Это был страшный удар. С мамой ушло моё детство, настоящее счастье и родина.

МАТЬ
Приснился мне, сынок, огромный ворон, и он велел заранее оплакивать твою судьбу.

Мать умирает.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ДВОРЦОВАЯ ПЛОЩАЛЬ НОЧЬ
Молодой Иуда и МАХМУД подходят к площади, видят, как пьяный ЛЕГИОНЕР пристает к смазливой набатеянке. Прижал к стене, одной рукой зажимает рот, а другой срывает одежду.

МОЛОДОЙ ИУДА (ЗК)
Стал я бродяжничать по Иудее вместе с Махмудом, моим дружком, потом ушёл к разбойникам зелотам в скалистую горловину Елеона, желая отомстить за отца…

МОЛОДОЙ ИУДА
Отстань от нее, римская плесень!

Легионер отталкивает Набатеянку, поворачивается к Иуде.

ЛЕГИОНЕР
Тебе, парень, жить надоело!

Легионер идет на Иуду. Иуда втыкает Легионеру кривой нож в живот. Легионер падает, держась за живот. Иуда замирает возле умирающего Легионера, у которого изо рта вытекает струйка крови. Махмуд теребит Молодого Иуду за плечо.

МАХМУД
Иуда, бежим отсюда скорее!

ИНТ. ЕРШАЛАИМ НИЗИНА КЕДРОНА ДЕНЬ
Иуда и Махмуд входят в Ершалаим. Возле городских стен шалаши из густых ветвей оливы, мирты и сосны, продуваемые с четырех сторон палатки на четырех колышках.

У мужчин в руках зеленые веточки пальмы или ивы, а женщины держат ветви с плодами персика или лимона.

ИУДА (ЗК)
С тех пор завязал с разбоем на дорогах. На праздник Кущей мы с Махмудом снова отправились в Ершалаим.

ИНТ. ШАЛАШ ДЕНЬ — ПОЗЖЕ
Иуда и Махмуд сваливают в шалаш кожаные бурдюки с вином, торбы с провизией.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ХРАМ УТРО
Иуда и Махмуд направляются в Храм. Навстречу идут под руку две женщины – Мария и СУСАННА.

Мария в голубой одежде, белое покрывало спадает с высокого остроконечного головного убора, украшенного золотыми монетами и цепочками. На пальцах кольца с аметистами и топазами. Черные тонкие косички, глаза голубые.

Мария улыбается Иуде, он не может оторвать от нее глаз. Сусанна что-то шепчет Марии на ухо.

Мария и Сусанна проходят мимо, Иуда останавливается и оборачивается, Мария тоже оборачивается на секунду, на ходу. Иуда смотрит вслед уходящей Марии.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ЕЛЕОНСКАЯ ГОРА ВЕЧЕР
На вершине растут два ливанских кедра: тучи птиц облепили разлапистые ветви. Под тенью ветвей небольшие базары.

Иуда и Мария сидят на валуне, смотрят, как опускается солнце за хребты Моавитских гор, целуются.
Иуда показывает Марии на смутные очертания Лотова озера среди кобальтовых нагромождений.

ИУДА
Это то самое озеро, которое некогда затопило развратный городишко Содом. Помнишь о печальной судьбе жены Лота, оглянувшейся на свои грехи?

Мария весело посмеивается, целует Иуду.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ЕЛЕОНСКАЯ ГОРА ВЕЧЕР — ПОЗЖЕ
Мария и Иуда спускаются с Елеона. Мимо проходит Егошуа. Кажется, он не шагает, а плывет между размытыми очертаниями олив. Полы голубого таллифа развеваются за спиной. Иуда с Марией встречается взглядами с Егошуа.
Мария испуганно прижимается к Иуде.

МАРИЯ
Я его боюсь.

ИУДА
Я слышал, что он весьма учен, владеет какими-то знаниями, привезенными из Египта, что он назорей из Галилеи языческой.

НАТ. ЕРШАЛАИМ ХРАМ УТРО
На алтарь возлагается последняя жертва праздника. В сиреневом сумраке сверкают драгоценные камни на поясе и нагруднике Каиафы. Дым от жертвенника.

НАТ. ЕРШАЛАИМ СИЛОАМСКИЙ КЛЮЧ УТРО
Священник направляется с золотой чашей на Силоамский ключ. Его сопровождает триумфальная процессия, вышагивающая под громкие звуки священных труб.

Во время церемониального черпания воды Иуда, Мария, Махуд и Сусанна весело кричат – «Аллилуйя» и помахивают душистыми люлабами.

Народ радостно развлекается, пьют вино и танцуют под задорные мелодии цитр и кимвалов.

ИНТ ШАЛАШ ДЕНЬ
Мария заводит Иуду в шалаш, держа за руку, смеется. Объятия, страстные поцелуи.

Крики взбудораженной толпы. Два фарисея в тюрбанах с павлиньими перьями врываются в шалаш, хватают Марию и выволакивают наружу.

НАТ ЕРШАЛАИМ НИЗИНА КЕДРОНА ДЕНЬ
Махмуд и Сусанна выбегают из соседнего шалаша.
Иуда набрасывается на одного из фарисеев, но его останавливает Махмуд, скручивает руки.

МАХМУД
Не будь дураком, затопчут.

Иуда смотрит, как фарисеи подводят Марию к группе старых учителей.

ФАРИСЕЙ
Эта женщина взята в прелюбодеянии. Её муж уехал в Александрию по торговым делам. А она блудом занялась с одним зелотом. Мы следили. Что нам с ней делать?

Учителя слегка теряются, переговариваются.
Толпа настроена решительно, особенно старухи.

ТОЛПА
Шлюха! Прилюбодейка!

Мария рыдает и трясется от страха.

Плюгавый соферим не без ехидства обращается к Егошуа.

СОФЕРИМ
Моисей в законе заповедовал нам побивать таких камнями. А ты что скажешь, Назорей?

Егошуа сидит на пустой птичьей клетке и чертит на камне камышовой тростью какие-то знаки. Он будто не слышит, что к нему обращаются. Но вдруг поднимает голову, и все мгновенно притихают.

ЕГОШУА
Пускай самый безгрешный из вас первый кинет в неё камень.

Тучный пьяный красильщик с продетой в мочки ушей разноцветной пряжей наклоняется за куском породы, но так и застывает в раскоряку, с глуповатым выражением смотрит на Егошуа. Убегает, совершенно трезвый. Толпа разбредается.

ЕГОШУА
Ступай, Мария. И больше не греши.

Мария закрывает лицо руками и пускается бегом по дороге.

Иуда бросается за Марией, но в ушах раздается голос: «Не надо». Оборачивается: Егошуа согбенно сидит на пустой клетке и что-то рисует возле сандалий камышовой тростью. Иуда подходит к Егошуа.

ЕГОШУА
Постарайся найти меня завтра утром, Егуда.

НАТ/ИНТ ЕРШАЛАИМ НИЗИНА КЕДРОНА ШАЛАШ УТРО
Иуда сидит и размышляет с красивым видом из шалаша. Рассвет. Иуда собирает пожитки, выходит из шалаша.

НАТ ГЛАВНАЯ ДОРОГА УТРО
Возле поворота на главную дорогу Иуда видит Егошуа, он поджидает Иуду и кротко улыбается.

ЕГОШУА
Назарет находится в той же стороне, что и Магдала, почти рядом, в окрестностях Геннисаретского озера.

НАТ ГЛАВНАЯ ДОРОГА ДЕНЬ
Крутится пыль под колесами скрипучих повозок, ревут мулы и верблюды, покрытые коврами с бахромой. Паломники двигаются к родным очагам. Иуда и Егошуа с учениками идут вместе.

Иуда смотрит на идущего впереди Егошуа. У него изящная походка, он держит стан прямо и легко, кедровый посох в руке.

ПРИМЕЧАНИЕ: Егошуа по пути рассказывает ученикам притчу о блудном сыне.

Иуда слушает рассеянно, в задумчивости. Но постепенно удивительный, завораживающий голос Егошуа увлекает Иуду.

ИУДА (ЗК)
Так убедительно и доходчиво никто еще не говорил при мне о высоких материях.

НАТ. ДОРОГА ВЕЧЕР
У развилки Иуда и Егошуа расстаются. Глядя в какую-то отдаленную точку поверх левого уха Иуды, Егошуа говорит.

ЕГОШУА
Марию ты можешь потерять так же легко, как меня найти. До встречи в Капернауме, Егуда.

НАТ. МАГДАЛА ДЕНЬ
Иуда огибает овражек и видит первые дома небольшого селения.

Мальчишки показывают Иуде дом, где живет Мария.

НАТ МАГДАЛА УСАДЬБА ДЕНЬ
Иуда стоит у солидной двухэтажной усадьбы с просторным огородом, обсаженным высокими кактусами.

Толстая усадебная ДЕВКА, жеманясь, рассказывает Иуде.

ДЕВКА
За Марией приезжал сердитый муж и увез её к себе в Капернаум. Ищи дом знатного Шломо, сына Иезании, владельца сыроварни.

Иуда благодарит девку звучным шлепком по крутому заду. Она радостно хихикает.

НАТ КАПЕРНАУМ ДОМ ШЛОМО ДЕНЬ
Иуда стоит у богатого дома в два этажа, с входной аркой, с расписанными пурпуром резными полами из кедра. Пожилая ПРИВРАТНИЦА рассказывает Иуде.

ПРИВРАТНИЦА
Мария поссорилась с хозяином, подбила ему глаз и убежала из дома. Куда — неизвестно. Наверное, с язычниками блудит, и теперь Шломо даст ей, наконец, разводную, а синагога — херем.

НАТ КАПЕРНАУМ ХАРЧЕВНЯ ДЕНЬ

Иуда, сгорбившись, сидит за столом в раздумьях.

Хозяин ставит перед Иудой миску вареной чечевицы с куском баранины, две ячменные лепешки и молоко. Иуда высыпает из мешочка на стол последний сикль, отдает хозяину.

ИУДА (ЗК)
Где раздобыть денег? Негоже перед такой женщиной выглядеть ам-гааретцем.

НАТ КАПЕРНАУМ БАЗАР ДЕНЬ
Иуда катит платановую чурку для разделки мяса в дальний конец базара, где торгуют вином из ясеневых бочек.

ИУДА
Есть ли еще Самсоны в Израиле, настоящие мужчины? Подходи, налетай, мышцу подставляй! Левая рука — два сикля, правая – один.

Желающих померяться силой оказывается много. Подвыпившего грека в замызганной тунике Иуда разоряет сразу на две драхмы, торговца — на динарий. Валит всех подряд.

Перед Иудой возникает КИФА. Кифа ставит на чурку мускулистую руку.

КИФА
Попался!

Иуда замечает Егошуа с остальными учениками. Егошуа наблюдает за Иудой с острым прищуром и улыбается.

Иуда побеждает Кифу. Кифа выставляет другую руку, левую, но опять проигрывает и отдает Иуде 5 сиклей. Страшно уязвленный, уходит занимать ещё денег у Иоанна. Но тот не дает. Иуда массирует усталые мышцы.

ИУДА
Кто готов потягаться со мной на весь выигрыш? Он достиг уже тридцати монет.

К Иуде подходит Егошуа, низко наклонился к уху Иуды.

ЕГОШУА
Тридцать серебряников, говоришь? Это цена раба. Так вот: если я одолею, будешь моим рабом или слугой, как угодно. Согласен?

Иуда осматривает Егошуа.

ИУДА
Тогда я заранее отпускаю тебя на волю: мне слуг не надо, я уважаю свободу.

Егощуа улыбается в ответ, заголяет руку, встает на одно колено. Ученики Егошуа волнуются и перешептываются.

ИОАНН И ИАКОВ ЗАВЕДЕЕВЫ
(одновременно)
Учитель, этот бродяга жульничает.

Егошуа бросает на братьев гневный взгляд.

Иуда сжимает кисть Егошуа. Рука Егошуа не сдвигается. Иуда со страхом налегает всем корпусом. В один момент Егошуа придавливает руку Иуды к плахе. Толпа зрителей изумленно замирает, а потом шумно приветствует победителя.

ИУДА
Должны же быть законы в природе — не может этот хиляк побороть меня!

ЕГОШУА
Я всё могу, Егуда. А тебе Иакова не повторить, не тот замес. Тридцать сребреников станут твоим взносом в кассу нашей общины. Купи себе ковчежец и ступай за мной. Будешь первым казначеем в моей церкви.

ИУДА (ЗК)
Так в мою жизнь вошел Христос.

НАТ КИРЬЯТ-ЯАРИМ ДЕНЬ

Егошуа разговаривает с богатым симпатичным ЮНОШЕЙ.

ЮНОША
Что же сделать мне, учитель, чтобы обрести вечную жизнь?

Егошуа проницательно смотрит на Юношу.

ЕГОШУА
Много у тебя достоинств. Но чтобы стать совершенным, продай свое имение и раздай нищим.

Юноша краснеет от напряжения, опускает голову и уходит.
Егошуа оборачивается к Иуде.

ЕГОШУА
Не согласен, Егуда?

ИУДА
Нет, не согласен и никогда не соглашусь. С какой это стати? Родители юноши наживали своё добро потом и смекалкой, как велел Творец. И всё это наследство подарить бездельникам и ворам, завистникам и тупицам? Чтобы они промотали имение и пропили? Так ведь можно и страну раздать по клочкам. Нет, раввуни, ты небесный человек, а я земной. И у нас есть одна простая истина: чтобы возненавидеть мясо перепелов, надо сперва им обожраться. И так во всём. А твоя идея о блаженстве в бедности ведет к рекам крови: ею могут сволочи воспользоваться…

Егошуа слушает Иуду с потупленным взором. Когда Иуда заканчивает речь, звонко смеется.

ЕГОШУА
Какая-то злая истина в твоих рассуждениях есть. Я очень полюбил эту землю со всеми её красками и звуками, с несчастными людьми — и покидать вас мне будет жалко.

НАТ. НАИН ДЕНЬ
Саманные домишки с плоскими каменными крышами, базар да синагога.

ИУДА (ЗК)
С Марией я встретился через две недели. В доме одного фарисея. Встреча произошла в Наине, маленьком городке недалеко от Капернаума и Магдалы.

ИНТ ДОМ СИМОНА ВЕЧЕР
СИМОН принимает в гостях Егошуа с учениками. Виноград и персики, арбузы и халва, фаршированный карп и жареные куропатки, вино. Все возлежат за пиршеством на мягких матрацах, покрытых козьими шкурами.

В комнату входит Мария. Без дорогих колец и цепочек, под темным покрывалом. В руках она держит сосуд с мирром.

Симон смущенно хмурится и смотрит на Егошуа.

Иуда чуть было не бросается навстречу Марии, но в ушах раздается голос: «Не надо».

Мария опускается перед Егошуа на колени, припадает к его босым ступням и плачет навзрыд.

МАРИЯ
Ничего не могу с собой поделать, раввуни, грехи сильней меня, прости и спаси.

Мария целует ноги Егошуа и вытирает следы поцелуев распущенными волосами.

Симон осуждающе кашляет и возится на лежанке.

ЕГОШУА
Симон!

СИМОН
Говори, Учитель.

ЕГОШУА
У одного заимодавца было два должника: один должен был пятьсот динариев, а другой пятьдесят. Но так как они не имели чем заплатить, он простил обоим. Скажи же, который из них более возлюбит его?

СИМОН
Думаю, тот, которому более простил.

ЕГОШУА
Ты правильно рассудил. Видишь ли ты эту женщину? Я пришел в дом твой, и ты воды Мне на ноги не дал, а она слезами облила Мне ноги и волосами головы своей отерла. Ты целования Мне не дал, а она с тех пор, как Я пришел, не перестает целовать у Меня ноги. Ты головы Мне маслом не помазал, а она миром помазала Мне ноги. А потому, сказываю тебе: прощаются грехи ее многие за то, что она возлюбила много: а кому мало прощается, тот мало любит.
(Марии)
Искренне ли ты желаешь избавиться от своих грехов?

Мария торопливо кивает головой, давясь слезами.

ЕГОШУА
Встань и посмотри мне в глаза.

Мария послушно выпрямляется. Егошуа сдвигает брови, проникает в суетливые зрачки Марии, останавливает их, чертит в воздухе узоры перед её лицом, грудью и низом живота: словно вытягивает что-то, а оно сопротивляется.

Егошуа показывает Марии стиснутый кулак.

ЕГОШУА
Здесь твои грехи.

Егошуа подходит к открытой двери и разжимает пальцы. Воздух в проёме двери синевато вспыхивает, и в нем чудится силуэт тритона.

Мария вскрикивает и падает без чувств.
Егошуа наливает вина в чашу, заглядывает в неё, отхлебывает и протягивает Марии.

После нескольких глотков Мария глубоко вздыхает и, пошатываясь, поднимается на ноги. В лице её что-то изменилось, оно кажется возвышенным и недоступным.

Одни мухи жужжат среди общего оцепенения и тишины.

НАТ ДОМ СИМОНА ВЕЧЕР
Иуда подкрадывается к Марии со спины и обнимает за плечи.

ИУДА
Привет, ненаглядная моя, твой дружок истосковался по тебе!

Мария резко отшатывается от Иуды и уходит.
Иуда догоняет Марию, заводит в кусты тамариска и целует насильно в губы. Мария отвешивает пощечину.

МАРИЯ
(гладит Иуде щеку)
Я по-прежнему люблю тебя, но уже другой любовью, настоящей.

ИУДА
Это какой же, не сестринской ли?

Мария смотрит на Иуду с жалостью и уходит. Иуда с тоской смотрит вслед уходящей Марии.

ИУДА (ЗК)
Почему я в эту минуту не плюнул на все и не ушел из общины? Не мотался бы по Палестине с денежным ящиком, как дурак с писаной торбой, не пугали бы моим именем людей через двадцать веков!

ИНТ ШАЛАШ НОЧЬ – СОН ИУДЫ 3
Иуда срывает одежды с Марии и предается грубому наслаждению.

ИНТ ДОМ СИМОНА УТРО
Иуда просыпается от собственного громкого стона.

НАТ БЕРЕГ ТИВЕРИАДСКОГО ОЗЕРА ДЕНЬ
АНДРЕЙ рыбачит, Иуда рядом с ним.

ИУДА
Как ты обходишься без баб? Или грешишь втихаря?

АНДРЕЙ
Иди к учителю, исповедуйся, и он снимет с тебя тяготу, подскажет чего-нибудь.

Егошуа подходит к Иуде, садится на деку разбитой лодки.

ЕГОШУА
Знаешь, Егуда, когда наступит Царство Божие?

ИУДА
Не знаю, никогда, наверное, не наступит.

ЕГОШУА
Когда два будут равны одному, когда внешнее будет внутренним, самец и самка станут одно целое, а мужское и женское сольются в одну плоть.

ИУДА
Такого Царства мне не надо, равви, я не желаю быть счастливым евнухом.

Егошуа резко смотрит на Иуду, вспыхивает гневно, вскидывается, но тут же обмякает и смеется.

ЕГОШУА
Много в тебе лишней материи, Егуда. Но я тебя всё равно люблю. Ибо ради таких, как ты, я и пришел в мир. Ты — моя главная боль, Егуда…

Иуда падает на колени и приникает губами к руке Егошуа.

НАТ. ВИФАНИЯ ВЕЧЕР
Свадьба в разгаре. Среди гостей Егошуа с учениками, Мария и Сусанна. Огни факелов, звучат флейты и барабаны.

Иуда наблюдает за женихом и невестой с откровенной завистью. Старается поймать взгляд Марии, но она прячет его. Иуда отзывает Марию в сторону.

ИУДА
Почему ты отказываешься принять мою руку и сердце? Мы были бы счастливой парой, на зависть всем, нарожали бы кучу детей и Творца с Христом не забывали бы. Ведь одно другому не мешает.

МАРИЯ
Пока Мешиах жив и рядом со ной, в плоти, я должна быть только его невестой и ничьей другой, ибо не могу изменить ему ни духом, ни телом.

ИУДА
А ежели он умрет?

МАРИЯ
У избранных Богом умирает только временная плоть.

НАТ. ВИФАНИЯ ВЕЧЕР — ПОЗЖЕ
Иуда заигрывает с Сусанной. Они азартно танцуют, поют и славят брак как Божье благоволение.

Мария в печали покидает свадьбу. Иуда переводит взгляд на Егошуа, он от души веселится, пьет вино.

Бойкий РАСПОРЯДИТЕЛЬ пира, указав на каменные трехведерные водоносы, заткнутые для прохлады пучками свежих листьев, с хмельной ехидцей кричит.

РАСПОРЯДИТЕЛЬ
Не превратит ли раввуни, ещё раз воду в вино, а то оно кончается?

ЕГОШУА
Не тебе такими вещами распоряжаться! Придет час, когда вино я превращу в кровь, как Моисей — реки Египта.

НАТ САД ВЕЧЕР
Иуда находит Егошуа в саду, он заканчивает молитву.
Иуда подходит к Егошуа.

ИУДА
Ты всё можешь, равви. Знаешь, как я люблю Марию. Сделай так, чтобы она согласилась стать моей женой. Она тебя послушает.

ЕГОШУА
Без Марии ты можешь спастись. Без меня — никогда. Она вольна в своем выборе.

Егошуа уходит.

НАТ БЕРЕГ ИОРДАНА НОЧЬ
Иуда лежит несчастный.

ИУДА (ЗК)
В кого я превратился? На что единственную жизнь расходую? Может, этот Егошуа — злой колдун?

Иуда видит: выходит из воды обнаженная женщина, вся в лунном сиянии. Приглядывается — это Сусанна.

Сусанна одевается в кустах ивняка, подходит к Иуде, садится рядом. Дотрагивается до его руки.

СУСАННА
Не переживай, Егуда. Может, я тебе помогу?

ИУДА
Чем же ты мне поможешь?

Сусанна кладет голову на плечо Иуды.

СУСАННА
Да всё тем же. Я ведь пока ещё женщина, а ты пока ещё мужчина, и Бог зачем-то сотворил для Адама Еву. Тебя я люблю, дурачок слепой, ещё на празднике суккот ты мне понравился, но ты выбрал Марию.

Иуда дрожит, обнимает Сусанну и целует в губы. Уносит на руках в заросли жимолости.

Пожалуйста, Войдите чтобы оценить сценарий.